И тогда мои пальцы наткнулись на нечто твёрдое и продолговатое, аккуратно завёрнутое в прозрачную тонкую слюду. Я извлёк это и не мог сдержать лёгкой улыбки. Столовый прибор. Вернее его подобие. Короткая, но удобная ложка тёмно-коричневого цвета. В дополнение к моей вилке получается уже практически полный столовый комплект.
С любопытством я продолжил исследование. «TOILET PAPER» — туалетная бумага, понятно без слов. «MATCHES» — спички, почти как французские «allumettes».
Последним я извлёк серебристый пакет побольше. «BEVERAGE BASE — ORANGE». «Напиток… основа… апельсиновый», — медленно перевёл я, снова узнавая латинские корни.
Выудив лёгкую коричневую ложку и с характерным удовлетворяющим щелчком вскрыв ключом банку, я принялся за трапезу. Густой, насыщенный запах тушёной говядины, картофеля и моркови ударил в ноздри, вызвав такое слюноотделение, что я едва сдержался, чтобы не глотать, не пережёвывая.
Но цивилизованные манеры, вбитые годами, взяли своё. Я аккуратно, с непривычки немного неуклюже орудуя коротким столовым прибором, поддел кусок мяса. Оно было нежным, практически таяло во рту.
Разломив сухарь из серебристого пакета, я обмакнул его в соус. Крекер оказался пресным, суховатым, но отлично впитывающим подливу, создавая идеальную текстуру. Каждый кусок я смаковал, растягивая удовольствие, стараясь прочувствовать каждый момент этой странной трапезы посреди бескрайней и безжалостной степи.
Закончив с основным блюдом, я с любопытством вскрыл баночку с сырной пастой. Содержимое оказалось густой пастообразной массой кремового цвета с резковатым, но приятным сырным ароматом. Намазав её на остатки галет, я обнаружил, что это вполне съедобно и даже вкусно.
Трапеза была завершена. Пусть на короткий миг, но ритуал приёма пищи вернул клочок нормальности, отодвинув хаос и ужас, окружавший меня в последние дни. Теперь, с теплом в желудке, предстояло сделать самое важное — наконец-то заняться своей раной. Я потянулся за зелёной брезентовой сумкой с изображением чаши обвитой змеёй.
Глава 7
Долгожданная встреча.
С чувством, будто разгадываю инженерный чертёж, я откинул клапан, в котором оказалась коробочка оливкового цвета, закрытая на нехитрую защелку. Выложил перед собой содержимое аптечки.
Бинт в слюдяной упаковке стал моей первой жертвой. Развернул его с почти религиозным трепетом — до чего же тонкая и белая марля! К этому же свёртку были приторочены кривые ножницы с округлыми окончаниями лезвий.
Далее моё внимание привлёк пузырёк с надписью «Isopropyl Alcohol». Слово «Alcohol» стало той зацепкой, за которую ухватился мой мозг. Знакомо. Открутил плотную пробку. Да, спиртуозный запах ударил в ноздри. Еще одно что-то понятное в этом будущем.