Неслышно подплыла Микаэла, подтянувшись на руках, улеглась грудью на бревна.

— Дай руку-то… — сказала она совершенно обычным голосом, будто не было только что, между нами, этого сумасшедшего любовного припадка.

Не вставая и не глядя, я протянул руку. Крепкая ладошка уцепилась за мои пальцы, и девушка с плеском выбралась из воды. Уселась на краю плота и принялась выжимать волосы.

* * *

— Твой меч больше не тянет из меня силу, — между прочим, сообщила Мика. — Может, он принял меня за свою?

Я лишь пожал плечами, не объяснять же ей то, чего сам не понимаю. Знание не всегда требует понимания. Откуда-то я знал, что Скайрус, он же «проводник», продолжает всасывать магическую энергию, словно пылесос. Более того, скорость выкачивания увеличилась в разы. Просто концентрация данной энергии в местных локациях настолько высока, что «проводнику» уже не требуется размениваться на всякую мелочь, вроде маленькой ведьмы с ее слабеньким магическим полем.

Куда «проводник» перекачивал энергию? За счет чего создавалась разность потенциалов? И за каким, собственно, хреном это нужно? Всего этого я не знал, да и знать пока не хотел. Как говорится: многие знания — многие печали.

Как человек военный, к тому же невысокого звания, я довольно легко мирился с отведенной мне ролью. По всему выходило, что это роль пешки. Пешка может двигаться только вперед. Она не ведает и не должна ведать, куда и зачем ее двигают. Знания такого рода ей только повредят, ведь, как известно — пешками легко жертвуют. Да, она может рубить куда более могучие фигуры, но только при определенных обстоятельствах, которые зависят как от везения, так и от таланта игрока. Повезет — дойдешь до края доски и станешь ферзем (или кем тут становятся?). Не повезет — сгинешь где-нибудь по пути, так и не узнав, то ли тобой пожертвовали во имя неведомой великой цели, то ли просто зевнули по невнимательности. Кто там кричит, что мечтает стать героем? Плюньте тому в его бесстыжие глаза или пожалейте, в зависимости от того врет он или заблуждается. Стать неизвестным героем чужой войны — хуже участи не пожелаешь.

Ладно, абстрактные рассуждения, практической пользы не несут — подумаем о чем-нибудь актуальном. Например, о том, что нам делать с Тишей. Судя по всему, в нынешнем плачевном состоянии, девчонка долго не протянет — она не пьет и не ест.

Этот вопрос я и поставил перед ведьмой.

— Мы, ничего не сможем сделать, — был её ответ.

— Мы, не сможем, а кто сможет? — ухватился я за это личное местоимение, как за последнюю надежду. — Кто-нибудь сможет?