Извиваясь как змея, юная ведьма сперва ослабила, а потом и вовсе развязала опутывающие ее веревки, оставив их на себе только для видимости. Затем она проделала тот же трюк с нами, велев потихоньку шевелить конечностями, восстанавливая кровоток.
Мало-помалу лес погружался в сумерки. Затихал повседневный шум, обитатели древесного городка готовились ко сну. Микаэла еще раз заглянула в Верхний мир и сообщила, что заседание совета закончилось.
Глава 25
Судя по тому, что за нами так и не пришли, никакого решения кошколакам принять не удалось. Юная ведьма сама шипела не хуже рассерженной кошки, кляня нелюдей на все лады. В своей ненависти, даже предложила мне, когда доберемся до Скайруса, проделать с мерзкими кошколаками то же, что днем ранее с хэкку.
Я был настроен не столь воинственно, что-то сидело во мне, словно заноза внутри, не позволяющее безоговорочно желать зла людям-кошкам. Что там говорил Тэ-о-ту, о старинной дружбе между имурами и сарканами — дружба не дружба, но что-то такое между нами было, и я чувствовал это каким-то непонятным, шестым или седьмым чувством.
Нельзя желать смерти всем собакам в округе, за то, что одна из них тебя укусила (по твоей же, собственно, вине), а другие облаяли. Нельзя бросать на произвол судьбы тех, кого приручил. А если бросил, то нечего рассчитывать, что спустя много лет, они встретят тебя с распростертыми объятиями, оближут с ног до головы и станут любить как прежде. Эту любовь надо еще заслужить.
Задумавшись, не сразу понял, что шепчет мне Мика, а когда понял, мне стало слегка не по себе. Юной ведьме требовалось начертать фигуру призыва, а чертить ее здесь в клетке было нечем, кроме как кровью, и не на чем, кроме как на теле кого-то из пленников.
Понятное дело сама Мика ни в качестве донора, ни в качестве полотна для начертания не подходит, у нее другие цели и задачи. Оставались мы с Хомой. Услышав такое, бывший дружинник побелел, затрясся и забился в угол клетки, бормоча, что он лучше сдохнет, чем станет участвовать в сатанинском ритуале. Ведьма только презрительно усмехнулась, мол, другого от этого слизняка и не ожидала, и обратила свой взор на меня. Ничего не оставалось, кроме как пожать плечами и приготовиться к тому, что сейчас будет немного больно. Да привыкать мне что ли?
Мика крепкими зубами вырвала из деревяшки острую щепку. Зубами же тщательно разжевала один ее конец, соорудив, таким образом, примитивную кисточку. Я невольно поморщился от такой антисанитарии, но деваться было некуда, к тому же кровь ракшасов в моих жилах, как я успел убедиться, способствовала заживлению ран.