Вполголоса переругивались Тиша и Хома, трещал огонь, заливались птицы, шумел ветер. На миг представилось, что сейчас к этим звукам добавиться другой — работающего двигателя, или пролетающего самолета. Даже голова закружилась от такого предположения! Нет, видать, подобных «чудес» здесь не предусмотрено.
Глава 8
…Открыл глаза, и вздрогнул от неожиданности. Перед мной на корточках сидел Хома, ухмыляясь во всю бороду:
— Никак задремали, сударь любезный?
Как подкрался, хрен бородатый, я и не слыхал, правда, что ли задремал?
— Я вот, что хотел спросить, сударь…
— Давай проще, — зевнув, перебил я его. — Зови меня Мак! Понял?
— Понял, суда… Мак. Я вот, что хотел у вас спросить. Как дальше действовать намечаете? Куда, то есть, путь держать собираетесь?
— Куда? — я задумался. А действительно, куда?
— Наверно, вы пришли сюда, для того, чтоб с холма на дорогу посмотреть?
— Ну, допустим, так.
— А я уже смотрел! — с гордостью заявил дружинник. — Долго смотрел!
— И чего высмотрел?
— Плохо там! — Хома ожесточенно почесал шею под бородой. — Очень плохо! Нельзя вперед идти! Проклятые со своим зверьем, как-то сумели через Зыбучие камни пробраться. Перевалили через Северную гряду, да и оседлали развилку. И было это два дня назад.
— Как два дня? — поразился я. — Мы ж с Тишей, почитай, от самой деревни, за ними следом шли.
— Э-э, нет, су… Мак! Те, кто с Северного перевала — это уже вторая их банда! Сегодня утром прошли. Я несколько дней уж тут сижу. — Хома назидательно поднял заскорузлый палец. — Орда, я вам доложу, несметная! Никогда столько проклятого отродья за раз не видал! Ох, боюсь не сдюжит Кумес… а может уже не сдюжил.
— Ты что такое несешь дурацкий дядя⁈ — вмешалась в разговор, незаметно подошедшая Тиша. — Как же не сдюжит? Там же дружина и магики! Чтоб у тебя чирей на языке вскочил, за такие слова!
— Цыц, дура! — беззлобно огрызнулся Хома, и снова повернулся ко мне. — А дружина… Видел я эту дружину… Приняли хэкку, дружину эту. Вы сударь Мак, видали когда-нибудь, как люди орешки грызут, а скорлупки сплевывают? Так там, у развилки, все людьми усеяно, как теми скорлупками! Если и не вся дружина городская лежит, то большая часть, точно! Я так думаю!.. — он сделал эффектную паузу, поочередно обводя нас, хитрым взглядом. — Думаю, план у Проклятых такой был: те, кто первыми пришли к развилке, те затаились. А другие стали тревожить заставу на Северном перевале. Ну, там всполошились, и давай, гонцов за помощью рассылать, дескать, хэкку большими силами хотят на них напасть. К нам в Лин тоже один такой приезжал, мол, спасите-помогите! Но господин капитан Эд, не дурак — он сперва разведку выслал. Он-то свое дело знает! А вот Кумесский комадор, похоже, купился, и кинулся на подмогу… да прямиком в засаду к проклятым и угодил! Хорошо, если не всех перебили. Теперь, думаю «ржавым» прямая дорога на Узмень. И что на них такое нашло? — дружинник недоуменно развел руками. — Не пойму! Столько лет сидели спокойно… ну разве что по мелочи шалили, а тут вдруг… — он замолк, сделав горестное лицо.