Я же думаю, что его раны воспалятся через пару дней, и за это время нужно добраться до большого кота. Иначе почти-брат выбудет из игры. Идти в одиночку на смилодона не слишком хочется.

До прежней стоянки не доходим, отыскав место поудобнее. Здесь не так безопасно, зато просто изобилие дров, и в случае необходимости можно жечь громадные костры. За день мы слишком устали и измучились, но Искра находит в себе силы заняться шкурой. Она тщательно срезает остатки жира и мяса, потом втирает мозг, складывает шкуру вдвое, мехом наружу, и перевязав ремнями, относит подальше от костра.

— Завтра пойду к реке, — говорит женщина. — Нужно будет отмыть её.

— Я пойду с тобой.

— И я с вами, — говорит Твёрдая Рука.

Мне кажется, он думает, что мы можем бросить его, забрав шкуру себе. Почти-брат глядит подозрительно и серьёзно. Ссориться не хочется, но глядя на него, так и тянет предложить охотнику самому выделывать шкуру.

Но это будет расценено, как оскорбление. Если рядом есть женщина, то всё связанное со шкурами — только её обязанность. Предложить Твёрдой Руке выполнять женскую работу означает нарваться на выяснение отношений, а сейчас мне это ни к чему.

— Когда пойдём за Пятнистым? — говорю ему. — Через один закат?

Лицо двоюродного брата выражает сомнение и неуверенность. Повалявшись под смилодоном и чудом сохранив лицо, Твёрдая Рука не слишком стремится снова встретиться с саблезубым котом.

— Как хочешь, — неохотно отвечает он.

— Тогда через один закат.

Я бы потащил его и завтра, но надо хоть немного отдохнуть. Нельзя Твёрдой Руке давать слишком много времени на раздумья. Он уже сейчас готов отказаться от добывания второго зверя. Ведь у него уже есть трофей.

Теперь мне нужно быть как никогда осторожным. Доверять Твёрдой Руке нельзя. Сейчас самый удобный случай избавиться от меня. Шкура добыта, и я уже не нужен. Только раны почти-брата сбивают с него уверенный настрой. Я вижу, что они начинают беспокоить.

Сегодня дежурим с Искрой по очереди, заявив, что раненый должен отдыхать. Твёрдая Рука удивляется, но не спорит. Он устал и охотно соглашается с нашим предложением. Мне же не хочется караулить, но деваться некуда. За почти-братом придётся смотреть в оба глаза.

Хорошо, что Искра понимает это. Она всё такая же тихая и невозмутимая, но не расстаётся с оружием ни на минуту.

— Ты прав, — шепчет женщина, когда я подсаживаюсь рядом. — Завтра нельзя. Значит, через закат. Но он не пойдёт с тобой. Вот увидишь!

Признаться, я тоже думаю так. Почти-брату нет никакого резона мне помогать.

На моём дежурстве ветер словно взбесился, и пришлось затушить костёр во избежание лесного пожара. Потом упали первые капли дождя и молнии прочертили сияющие зигзаги по бархатисто-чёрному небосводу.