Оказавшись в шатре, вождь не замедлил сказать:

— Ты сошёл с ума. Трудно без женщины, я понимаю. Но не могу позволить оставить лишённую лица среди нас, чтобы ты забавлялся с нею. Это дурно. Ты добыл Пятнистого. Его шкура на твоих плечах. На большой охоте ты сможешь заплатить ею за любую из девушек! Понимаешь? Подожди немного.

— Я хочу сделать Искру своей женщиной. Я не хочу другую. Я обещал духам предков взять её и не могу обмануть их.

— Зачем ты дал такое обещание? — Грынк разозлился. — Она стонала под тобой, и ты размяк? Это позор для мужчины!

— Я не брал её ни разу.

— Как же она убедила тебя?

— Она ничего не делала и не говорила. Я сам так решил. Духи послали мне её. Я знаю. Без неё мне было не видать удачи.

— Женщины не приносят удачу. Они приносят только неприятности.

— Она помогла мне убить Пятнистого. Я не могу бросить её.

— Она была с вами на охоте?

— Да, на обеих охотах.

— Твёрдая Рука помог тебе убить зверя, а не она!

— На второй охоте его не было. Он был ранен и не пошёл со мной. А она пошла. И теперь я не брошу её. Я просто не могу поступить так. Пойми меня, Слышащий, ведь нельзя бросать того, кто помог сохранить жизнь. Духи навсегда отвернутся от меня.

— Ты ещё не раз пожалеешь о своей просьбе. Это небывалый позор — взять лишённую лица и имени. Ты называешь её Искрой? У неё не должно быть имени.

— Я сам назвал её. Теперь у неё есть имя.

— Подумай, — хмуро произносит Грынк. — Ты молод, а убил Пятнистого! Ты убил двоих охотников! Твоя удача велика! Ты сможешь выбрать любую из девушек! Каждая будет рада носить твоих сыновей! Зачем покрывать себя позором, беря в женщины такую, как она? Не делай ошибки. Если боишься гнева духов, то мы задобрим их. Проведём обряд. Ты добудешь быка и принесёшь в жертву его сердце. Они перестанут гневаться.

— Я не боюсь их гнева. Я просто знаю, как должен поступить. Это мой выбор. Я не стану жалеть об этом.

— Станешь, — тяжело вздыхает Слышащий. — Обязательно станешь. Мне нужно запретить тебе взять изгнанную. Ты ещё поймёшь, что я был прав.

— Тогда мне придётся уйти с ней. Её тропа — моя тропа. Пойми, Слышащий, я мужчина, и должен сам решать, кого хочу взять под свой кров.

— Ты решишься уйти из-за неё? — Грынк просто ошарашен. Он глядит, будто я окончательно рехнулся. Впрочем, примерно так это и выглядит с его стороны.

— Я не хочу уходить. Разреши мне оставить женщину. Она не принесёт мне позора своим поведением.

— Она принесёт его своим обликом! И не только тебе, а всему племени! Ты хоть понимаешь, о чём просишь?

— Я не могу изменить её лицо. Я бы отдал эту шкуру, лишь бы вернуть красоту Искре, но ни люди ни духи не способны на это. Мне придётся всегда видеть её такой. Но иногда нужно поступать, как подобает мужчинам, и держать слово. Я перестану уважать себя, если поступлю иначе.