– Я ещё тогда сказала, что есть вещи важнее денег. Не помню, тебе я это сказала или отцу… Но суть такова, что имея хоть все деньги мира, любовь не купишь. Да, ту самую любовь, которую, как ты думал, не существует… Которую могут заменить материальные ценности, – не знаю, правильно ли меня понимает Демид, ведь сейчас я имею ввиду ту самую любовь дочери, которой ему не суждено было довольствоваться.
– Да, знаю, я был не прав! Мне жаль! – глухо вскрикивает Демид, нервно закашливаясь. – Я виноват… Виноват перед тобой, – почти шепчет, смотря мне в глаза мутным взглядом. – Но… Дай мне видеться с Ульяной. Я хочу быть ей отцом. Я хочу… Быть ее отцом! Я – ее отец! Ты не имеешь права мне запрещать…
Давлюсь воздухом, не знаю, что ответить. Но… Кое-кто меня опережает.
– Папа? Так ты и есть мой папа?
Глава 15
Демид
Стою напротив обозленной Алены, которая напоминает мне сейчас дикую львицу, всеми силами защищающую свое потомство. Пытаюсь гнуть свою линию, что-то доказать, и в то же время понимаю, мои доводы против её – ничтожны. Она вся сжата в напряжении, глаза сверлят меня, словно пытаются прочитать всю мою душу. В этот миг я физически чувствую тяжесть всей ситуации – словно стою на краю пропасти, от которой зависит наше будущее.
И вдруг… Мои глаза цепляются за неё – маленькую девочку с огромными голубыми глазами, словно маленькими озёрами надежды и доверия. Эти глаза смотрят на меня с такой искренностью и ожиданием, что у меня буквально перехватывает дыхание. Сердце словно обрывается с высоты и падает в бездонную пропасть. В воздухе висит маленький, но разрушительный вопрос:
– Ты… Ты и есть мой папа? – её голос такой маленький, нежный, и в то же время полон решимости узнать правду.
Я теряюсь. Никаких заготовленных ответов, никаких уверенных слов. Лицо пылает, ладони слегка дрожат, и я чувствую себя растерянным мальчишкой, впервые столкнувшимся лицом к лицу с серьезным испытанием, от которого не спрятаться. Смещаю взгляд на Алёну – она тоже, кажется, будто застыла в немом шоке, не в силах подобрать слова. Внутри всё переворачивается вверх ногами, леденящий холод и странное нежное трепетание перемешиваются вместе.
Что я сейчас почувствовал? Взрыв эмоций – что-то невероятно нежное, трепетное, такое, что готов отдать этому маленькому существу весь мир. Наверное, это и есть настоящая любовь – безусловная, искренняя. Никогда ранее не испытывал такого чувства.
Собирая в кулак всю храбрость, я наконец произношу те слова, которые изменят нашу судьбу навсегда:
– Да, я твой папа, – вырывается тихо и одновременно с силой. Они звучат как маленький взрыв в тишине комнаты.