— А потом?

— Потом — Польша. Данцигский коридор, Померания. Поляки думают, что они союзники Гитлера, — они ошибаются. Они следующие в очереди.

— И тогда — война.

— Да. Тогда — большая война. Год, может быть, полтора.

Сергей встал, прошёлся по кабинету.

— Максим Максимович, скажите прямо: мы могли что-то изменить? Спасти Чехословакию?

Литвинов долго молчал.

— Нет, товарищ Сталин. Не могли. Решение принималось в Лондоне и Париже — не в Москве. Мы предлагали коллективную безопасность — нас не слушали. Предлагали военный союз — нам не верили. Запад предпочёл умиротворение. Теперь — пожинает плоды.

— Будет пожинать, — поправил Сергей. — Плоды ещё впереди.

После ухода Литвинова Сергей достал карту Европы, разложил на столе.

Чехословакия — в центре, зажатая между Германией, Польшей, Венгрией, Австрией. Австрии уже нет — аншлюс, март этого года. Теперь — Судеты. Потом — вся страна.

Он взял карандаш, провёл линию. Новая граница Германии — после Судет. Выступ, врезающийся в Чехословакию. Укреплённая линия — теперь в руках немцев. Заводы «Шкоды» — лучшее оружейное производство в Европе — тоже.

Через год — Польша. Ещё через год — Франция. А потом…

Он знал, что будет потом. Двадцать второе июня сорок первого. Три миллиона немецких солдат на границе. Танки, самолёты, артиллерия. И — катастрофа первых месяцев. Котлы, окружения, миллионы пленных.

Можно ли это предотвратить?

Войну — нет. Гитлер не остановится, пока не получит всё или не будет уничтожен. Это Сергей знал точно.

Но катастрофу — может быть. Если армия будет готова. Если командиры научатся воевать. Если техника не подведёт.

Три года. Меньше трёх лет.

Он убрал карту, взял следующую папку. Доклад разведки о состоянии вермахта.

'По состоянию на сентябрь 1938 года германские вооружённые силы насчитывают:

Сухопутные войска — 36 дивизий (в том числе 5 танковых, 4 лёгких, 3 горнострелковых). Численность — около 600 000 человек.

Военно-воздушные силы (Люфтваффе) — около 3000 самолётов, в том числе до 1200 бомбардировщиков и 800 истребителей.

Военно-морской флот — в стадии строительства, серьёзной угрозы пока не представляет.

Прогноз развития: при сохранении текущих темпов перевооружения к 1941 году вермахт будет насчитывать до 150 дивизий и 10 000 самолётов'.

Сто пятьдесят дивизий. Десять тысяч самолётов. Против этого придётся воевать.

Сергей сделал пометку на полях: «Проверить наши планы развёртывания. Соответствуют ли угрозе?»

Вечером — ещё одна встреча. Берия, с докладом по линии НКВД.

— Что по Германии?

Берия открыл папку.

— Агентура подтверждает: Гитлер уверен в успехе. После Мюнхена — полная свобода рук на востоке. Планируется поглощение остатков Чехословакии весной тридцать девятого.