Сидел за столом, смотрел на карту. Испания — далёкая, тёплая страна на краю Европы. Полигон, где решалось будущее.

Он думал о людях, которых собирался вывезти. Механики, пилоты, радисты. Испанцы, которые поверили в республику и проиграли. Которых ждёт расстрел или эмиграция — если повезёт.

Тысяча человек. Капля в море. Сколько останется? Сотни тысяч. Миллионы. Те, кого он не сможет спасти.

Но тысячу — сможет. И эта тысяча принесёт с собой опыт, знания, навыки. Расскажет, как воюют немцы. Покажет, где слабые места в советской технике. Научит тому, чему нельзя научиться на учениях.

Холодный расчёт? Да. Но не только. Ещё — долг. Эти люди рисковали жизнью рядом с советскими добровольцами. Чинили их танки, заправляли их самолёты, перевязывали их раны. Бросить их на растерзание Франко — предательство.

Сергей взял телефон, набрал номер.

— Поскрёбышев? Соедини с Берией.

Щелчки, гудки. Потом — голос наркома, осторожный, вкрадчивый.

— Слушаю, товарищ Сталин.

— Лаврентий, есть дело. Срочное и деликатное.

— Слушаю внимательно.

— В ближайшие месяцы из Испании будут прибывать люди. Две категории. Первая — наши специалисты, возвращающиеся из командировки. Лётчики, танкисты, советники. Около трёх тысяч человек, постепенно, группами.

— Это в порядке вещей. Оформление стандартное.

— Вторая категория — испанские специалисты. Механики, пилоты, техники. Те, кто работал с нашей техникой и нашими людьми. Около тысячи человек, может, чуть больше.

Пауза.

— Это сложнее, товарищ Сталин. Иностранцы, проверка…

— Знаю. Поэтому — твоя задача. Организовать приём, проверку, размещение. Документы, жильё, работа. Без лишней бюрократии, но и без разгильдяйства.

— Какой статус у этих людей?

— Приглашённые специалисты по договорам с советскими предприятиями. Официально — трудовая миграция, помощь беженцам. Распределить по авиазаводам, танковым заводам, радиопредприятиям. Пусть работают, учат язык, передают опыт.

— Понял. Сроки?

— Первая группа прибудет через три-четыре недели. К тому времени всё должно быть готово. Жильё в Москве, Ленинграде, Горьком. Распределение по предприятиям. Переводчики для первого времени.

— Сделаю, товарищ Сталин. Что-то ещё?

— Да. Списки — мне на стол. Каждый человек — фамилия, возраст, специальность, откуда родом, чем занимался в Испании, с кем из наших работал. Хочу видеть, кого принимаем. И хочу знать, если кто-то вызовет подозрения.

— Разумеется. Проверка будет тщательной.

— Тщательной — да. Но не параноидальной. Эти люди — наши союзники. Они рисковали жизнью за общее дело. Не нужно видеть в каждом шпиона.