— Твой дух воина прятался за надгробием, когда графиня Ливенталь пыталась ударить тебя веером, — напомнил я.

— Это была тактическая передислокация! Благородный офицер не поднимает руку на даму, даже если она призрак!

Вольдемар сидел чуть поодаль, привалившись к склепу. Дыра в его животе почти затянулась — некроэнергия от воронки пошла на пользу. Теперь вместо сквозного отверстия был просто глубокий шрам. Прогресс.

Я проверил Сосуд Живы. Шестьдесят три процента. Потратил почти сорок на аннигиляцию. Много, но оно того стоило.

— Что теперь? — спросил Кирилл. — Возвращаемся?

Костомар поднял руку, привлекая внимание:

— Я ем грунт!

— Что, Костомар?

— Я ем грунт! — он указал на небо.

Я посмотрел вверх. Рассвет. Первые лучи солнца пробивались сквозь облака, окрашивая небо в розово-золотые тона.

Мы провели на кладбище всю ночь.

— Пора возвращаться, — сказал я, поднимаясь. Ноги всё ещё дрожали, но уже меньше. — У некоторых из нас есть работа.

— У вас сегодня смена? — удивился Кирилл.

— Нет. Но у меня есть беременная… знакомая, которой я должен сообщить новости. И чем раньше, тем лучше.

Пока команда собиралась, я отошёл в сторону. Мне нужна была минута тишины. Минута, чтобы осмыслить произошедшее.

Сел на скамейку у старого склепа. Мрамор был холодным, но я не обращал внимания. Холод — привычное состояние для некроманта.

Итак, что мы имеем?

Первое: мои некромантские силы выросли. Значительно. Поглощение энергии аристократических призраков дало больше энергии, чем я ожидал. Сейчас я чувствовал себя… мощным. Не на уровне Архилича, конечно. Но значительно сильнее, чем вчера.

Второе: я успешно провёл аннигиляцию — смешение Живы и некроэнергии. Теоретически невозможная техника, которая почему-то сработала. Почему? Из-за моей двойственной природы? Из-за проклятия? Из-за уникального сочетания факторов?

Не знаю. Нужно больше данных. Потом разберусь.

Третье и самое интересное: Сосуд Живы остался прежним по ёмкости. Я проверил дважды. Сто процентов — это всё ещё сто процентов. Объём не увеличился. А вот некромантская сила — увеличилась.

Вывод напрашивался сам собой. Проклятие имело два аспекта: лекарский и некромантский. Лекарский — Сосуд Живы, необходимость спасать жизни, энергия от благодарности. Некромантский — возвращение моих старых способностей, сила от поглощения мёртвых.

И похоже, лекарский аспект достиг потолка. Сосуд больше не рос. Может, потому что я уже спас достаточно жизней. Может, потому что тело имело свои ограничения. А может, проклятие решило, что пора переключиться на другой режим. Теперь оно развивало некромантию.