— Вольдемар прав, — сказал я. — Все заткнулись. Едем молча.

Тишина продержалась ровно сорок секунд.

— Я ем грунт, — сообщил Костомар.

— Что⁈ — взвился Кирилл. — Опять⁈

— Он просто констатирует факт, — пожал я плечами. — Не обращай внимания.

— Как не обращать внимания, когда он говорит это каждые пять минут⁈

— Практикуй дзен. Или затычки для ушей. Что найдёшь первым.

Кирилл застонал и уткнулся лицом в ладони. Между скелетом и зомби. Картина была достойна какого-нибудь артхаусного фильма ужасов.

Ростислав, всё ещё паривший над крышей, начал напевать какой-то гвардейский марш. Фальшиво. Очень фальшиво.

— Ростислав.

— Да?

— Если ты не прекратишь, я найду способ развоплотить тебя навсегда.

Пение прекратилось.

Остаток пути прошёл в относительной тишине. Только шум мотора, редкие вздохи Кирилла и периодическое «я ем грунт» от Костомара. Обычная поездка в моей жизни.

Особняк в Барвихе встретил нас тишиной. Странной тишиной. Никого не было. Хотя доктор Мёртвый и Светлана должны быть.

— Странно, — пробормотал я.

— Что странно? — Кирилл плёлся следом, еле переставляя ноги. Магическое истощение плюс ночь без сна — убийственная комбинация.

— Не видно Светланы и доктор Мёртвого.

— Может, спят?

— Мёртвый не спит. По крайней мере, я не видел. У патологоанатома бессонница — профессиональное заболевание.

Я прошёл через гостиную, проверил кабинет. Пусто. Спустился в подвал — туда, где Мёртвый оборудовал свою лабораторию. Дверь была закрыта. Изнутри доносились голоса.

Постучал. Раз, два.

— Занято! — донёсся голос Мёртвого. Возбуждённый, почти маниакальный. — Критический момент! Не входить!

— Это я, Святослав.

Пауза. Потом звук отпираемого замка. Дверь открылась, и я увидел… интересную картину.

Лаборатория была завалена бумагами, книгами, какими-то схемами. На столах громоздились колбы, реторты, кристаллы непонятного назначения. В углу мерцал ритуальный круг — неаккуратный, явно начерченный в спешке.

Посреди всего этого хаоса стояла Светлана. С блокнотом в руках, с безумным блеском в глазах, с пятном чернил на щеке.

— Святослав Игоревич! — она бросилась ко мне. — Вы вернулись! Отлично! Вы должны это увидеть!

— Что именно? — хмыкнул я.

— Доктор Мёртвый учит меня некромантии! Это потрясающе! Я уже могу чувствовать потоки энергии! Ну, немного. Иногда. Когда очень сосредоточусь.

Я медленно повернулся к Мёртвому. Тот стоял у стола с видом гордого родителя.

— Ты учишь её некромантии.

— Да! Она способная ученица! — заявил он.

— Ты. Учишь. Её. Некромантии.

— Повторение не изменит факта, — он развёл руками. — Она сама попросила! Сказала, что хочет стать, как вы!