Возникла даже шальная мысль, как-нибудь забраться на его вершину, подержаться за шпиль, посмотреть с его крыши на город… желательно, ночной… Мне пришлось головой потрясти и даже слегка по щекам себя похлопать, чтобы вернуть внимание текущей задаче и вновь сосредоточиться на нынешнем моменте. Есть у меня такая особенность — могу увлечься, провалиться в собственные размышления, выпадая из реальности на неопределённый срок, забывая обо всём, и просто стоять, буравя одну точку рассеянным немигающим взглядом. И постоянные длительные периоды пребывания наедине с самим собой, сильно способствовали развитию этой привычки. Особенно в мире этом, во всяких там «уважухах» и одиночных «квестах».
Я двинулся вверх по ступеням к тому входу, к которому оказался ближе при подходе к площади. И что-то… с каждой ступенькой идти становилось тяжелее. Особенно, это стало заметно, когда над краем ступеней показалась арка прохода, а в арке показалась голова статуи, изображавшей какую-то женщину.
Мне очень не хотелось идти дальше через этот вход. Очень. Ощущение было практически физическим. Ощутимым всем моим «прокачанным» телом. Однако, как тот Тупой Лось, которому влом обойти, я продолжал ступень за ступенью, терраску за терраской подниматься. Медленно, трудно, но неотвратимо, неостановимо.
Видна была уже не только голова статуи, но и торс, бёдра. Вскоре показались и ноги. Статуя… Это была женщина, высокая, статная, с гордой осанкой и прямым сильным взглядом глаз без зрачков. Притом, я не знаю, из чего была она сделана. Так как камень не может быть настолько цветным и выразительным. Чёрные волосы, одновременно распущенные по плечам и собранные тонкими косами с разными цепочками ото лба, словно обручем назад, складывались в сложную причёску. Те самые глаза без зрачков и роговицы не были слепыми бельмами, а словно светились изнутри сильным синим «электрическим» светом и от них, казалось, проскакивали мелкие молнии.
Стройная фигура затянута в «халат Мага» с высоким горлом, широким поясом и длинной «юбкой»-подолом поверх свободных штанов. Ножки в чуть загнутых носами вверх мягких сапожках. В одной руке её длинный посох Мага, в другой — тонкий одноручный клинок.
В халате, да и во всём её облике переплетались два цвета: красный и синий. Цвета Льда и Пламени. В центре груди же на ткани был вышит яркий символ «Инь-Янь», только не чёрно-белый, а состоящий из этих вот двух цветов.
Яркая дамочка!
Лишь дойдя до самой арки входа, я смог рассмотреть её целиком, в полном её великолепии. И окончательно понял — здесь я не войду. Не мой вход. Не хочу здесь. И это не только навязанное извне, но и моё собственное, внутреннее чувство.