Выскочив из зоны поражения этой струи пламени, я продолжил всё с той же скоростью прорываться вверх, поскольку: да ну его на хер, это пещерное Чудо-Юдо! С чем-то настолько запредельным и страшным, я не хотел и не думал сражаться! Как с чем-то таким, в таких вот условиях, вообще можно сражаться?!! Да к этому огнемёту даже на дистанцию видимости не подойти — спалит, проигнорировав любые укрытия, преграды и препятствия!
Я рвался и рвался вверх: к воздуху, к небу, к свету, к простору, к преимуществу «чистого поля» и открытого пространства, где можно было бы отвлекать подобное создание ударами сверху, со «Спутников», «Ракетоносцев», «бомбардировщиков», да чего угодно ещё, главное — не приближаясь, не входя в какой-либо контакт с этой гребучей хтонью!
Я рвался и рвался, рыл, плыл, летел, пробивался… Секунда за секундой… минуту за минутой… десяток минут…?
Постепенно, до меня начало доходить, что что-то идёт не так. Что не может быть надо мной СТОЛЬКО земли. Что я, всё прошедшее время, двигался по Лабиринту примерно на одной глубине, не забуриваясь вниз…
Я начал постепенно двигаться медленнее, снижать скорость, останавливаться… Когда снизу раздался издевательский хохот. Громкий, пробирающий, заставляющий вибрировать кости и ныть череп. Хохот… который я просто не мог слышать, так-как не могут звуковые волны распространяться в толще породы… или могут? Плевать! Не до того было.
Хохот этот, как удар кнута, заставил меня дёрнуться и устремиться вверх с ещё большей скоростью и рвением…
На что получил в ответ новую порцию хохота. А потом, не столько даже почувствовал, сколько угадал, что снизу, ко мне устремился новый конус того же самого пламени.
Хотя, почему угадал? Я его буквально видел! Как тогда, в Герцогской «Уважухе», когда плавал под землёй наперегонки с ящерами… Хм, похожая ситуация. Только страшнее. Доведённая до абсурда.
Понимая, что, как бы близко надо мной не была поверхность, выскочить туда я, раньше момента, когда меня догонит и перегонит пламя, никак не успею, рванул в сторону. С той же и даже большей скоростью.
И вновь — вырвался в последний момент. Пламя почти что лизнуло мои пятки.
И снова я устремился вверх… с тем же нулевым результатом… под тот же издевательский хохот снизу. И новый конус мертвенного пламени…
Не знаю, сколько раз этот фокус повторялся. Сколько раз я увернулся. Сколько раз пламя почти доставало меня. Не знаю. Не могу сказать — это не задержалось в моей памяти. Всё слилось в какую-то сплошную невнятную кашу.
Хорошо помню тот момент, когда до меня, наконец, дошло, что же именно происходит. И ту ярость, что прошибла меня от этого понимания.