— То есть, Яго своего добился? — нахмурился я.
— Он всегда своего добивался, Иван, — невесело усмехнулась Анна. — Он по жизни был Победителем.
— И они с Альбиной стали любовниками? — опять же, уточнил я то, что, в принципе-то, не требовало уточнения. Но я хотел чёткости и определённости. Всякие «вуали» и «образность» меня совершенно не устраивали.
— Ха! Любовниками… Да они женаты были! Яго Альбину под венец взял…
— О б… пля… Ну, ничего ж себе подробности… — растерянно почесал я пятернёй у себя в затылке. Таких поворотов я точно не ожидал. — А потом?
— А потом Пламенная, это прозвище тогда к ней уже намертво прилипло, как-то узнала о Сергее… — пожала плечами Анна.
— Как узнала?
Девушка просто пожала плечами.
— Сие мне не ведомо. Как-то не до выяснения было, сам понимаешь. Может, Норберт чего нарыл, может Карго чего видел. Может, сам Яго как-то проговорился. Факт — узнала.
— И?
— Что «и»? — вздохнула Анна. — Я тот день хорошо помню. Дай Боги, такое вообще когда-нибудь забыть…
— И, что же было в «тот день»? — немного даже передразнил девушку я.
— Распахивается дверь в охотничий домик Яго. Врывается уже взведённая, почти пылающая Пламенная. А Яго в кровати, на мне…
— То есть, и вы с Яго были любовниками? — недоуменно нахмурил лоб я.
— Ну, это трудно назвать отношениями любовников, — равнодушно пожала плечами Анна. — Он просто пользовал меня, когда хотел, и, когда других «вариантов» рядом не было. Для него это было… ну, не знаю… как в туалет сходить? Захотел — потрахался. Кончил, дальше пошёл.
— А ты? — ещё сильнее удивился такому я.
— А я? А что я? Я — его телохранитель. Тело, которое тебе доверяет даже на уровне тела, не стесняется тебя, не запирается от тебя, не прячется и не пытается сбежать тайком — охранять куда проще. А такой секс… ну, Яго был не дурён собой. Груб в постели не был… почему бы и нет?
— Итак, в комнату ворвалась Пламенная, и? Что дальше?
— Ну, увидела нас, воспылала ещё сильнее, теперь уже буквально. Даже обои на стенах тлеть начали, а дверь за её спиной вообще вспыхнула. Я из-под Яго вывернулась, собой его закрыла, Щит развернула, приготовилась «пламенный привет» принимать… А эта тварь… ты уж извини, Иван, понимаю, что для тебя она может быть, какая-нибудь «птичка-рыбка-зайенька-лапусюсечка», но для меня — тварь, сука бешеная. Так вот, эта тварь, огнём руки покрыла, вспышкой по комнате саданула, чтобы внимание отвлечь, а сама, вместо огненной атаки, ту самую Смертоносную дрянь запустила. А «Тлен», как ты уже знаешь, любые Щиты насквозь пролетает, не замечая. Особенность у Высшей Магии Смерти такая — ей лишь живое что-то преграда…