— Каждый человек имеет свои физические особенности, ваше благородие, — стараясь говорить ровно и спокойно, начал я. — У каждого свои уши, неповторимое расположение мочки, форма ушной раковины. Но вернее всего — смотреть по пальцам. Узоры на подушечках пальцев у людей никогда не повторяются. Ни у кого в мире. Если злоумышленник брался голыми руками за предмет — например, за орудие преступления или испорченную деталь, — он оставляет невидимый глазу след от пота и жира. Можно аккуратно присыпать это место мелкой пылью или толченым мелом, а затем перенести отпечаток на черную бумагу. Или же использовать мелкую угольную пыль для светлой бумаги.

Офицер чуть подался вперед, слушая меня затаив дыхание.

— А потом, — продолжил я свою лекцию по криминалистике, — остается только снять такие же отпечатки пальцев у подозреваемых, измазав их руки сажей, и сравнить узоры. Тогда можно со стопроцентной точностью понять, кто именно прикасался к детали и совершал преступление.

Я объяснял ему базовые принципы дактилоскопии. Признаться честно, я, со своим скудным знанием дат, даже не помнил, когда именно в мире начали массово использовать отпечатки пальцев для поимки преступников. Знал только, что в России это случилось где-то после 1900 года, а может, и вовсе накануне революции.

Но если мне удастся поработать «прогрессором» еще и в криминалистике, то это будет не худшей миссией. Если преступникам — от мелких воришек до крупных казнокрадов и террористов — станет не так вольготно жить в этом времени, империя станет хоть чуточку чище. А порядок — это фундамент и для экономики, и для общей атмосферы в стране.

Офицер молчал несколько долгих секунд, переваривая услышанное. Он смотрел на свои ладони, затем снова перевел взгляд на меня. Лед в его глазах растаял.

— Любопытно… Чертовски любопытно, — задумчиво протянул он. Тоном, из которого полностью ушла начальственная спесь, он добавил: — Я бы с тобой еще об этом поговорил, парень. Обязательно поговорим. Но сейчас вот что решим… Скажи мне как на духу: с чего этот околоточный на тебя так взъелся? И сдается мне, не только он. Что ты им такого поперек горла сделал? Я же еще вижу, что до пугачевщины недалеко.

В голове вдруг мелькнула совершенно неожиданная мысль: а что, если бы я написал детектив? Что-нибудь в духе Шерлока Холмса, позаимствовав изощренные сюжеты у маститых авторов из моего времени и переложив их на суровую русскую реальность? Уверен, такая книга обрела бы здесь колоссальную популярность. А может, именно в этом мой путь?

Нет, от заводского станка я, конечно, отказываться не собираюсь, но ведь одно другому не мешает — вполне можно в свободное время кропать книжку. Да, по сути, это чистой воды плагиат, но… не является ли это самым простым и безопасным способом, той самой короткой дорогой, по которой я мог бы стремительно подняться по здешней социальной лестнице? Обязательно нужно будет об этом подумать на досуге.