Я же среди внешних учеников выглядел… нормально.
Не слабаком.
Но и не чудовищем.
Десятый уровень — считай самая середина.
Я стоял ближе к краю, не лез в толпу и старался выглядеть достаточно скучным.
Получалось плохо.
Не потому что я что-то делал.
Как раз наоборот, я делал всё правильно: молчал, не улыбался лишний раз, не пялился на девушек, не мерился аурой, не пытался найти глазами старых врагов и даже спрятал Ши Юэ.
Но вокруг меня всё равно было пустовато.
Ученики старались держаться от меня подальше. Кто-то делал шаг в сторону. Потом другой. Потом вдруг обнаруживалось, что вокруг Мин Хао образовалось пространство, будто я источал яд.
Я, честно говоря, почти обиделся.
Почти.
Потом вспомнил, что сам же ради этого и старался.
Репутация мерзкого, опасного и непредсказуемого человека имеет свои плюсы.
Где-то впереди я заметил Ло Жэня.
Он стоял среди группы внутренних учеников с таким выражением лица, будто оказался там не по желанию, а потому что его правильно поставили, и теперь он будет стоять до конца времён, если никто не даст другую команду.
Охотник на Еретиков был почти идеальной кандидатурой, чтобы привлечь все внимание на себя.
Только в его случае всё выглядело честнее. Он заслужил статус убийствами врагов секты, победами, вылазками и своим проклятым упрямством.
К счастью, Ло Жэнь не смотрел на меня.
Наверняка он слышал слухи. А значит, у него будет много вопросов. На которые отвечать я не очень хочу.
По крайней мере, точно не при людях.
Если же он задаст их с глазу на глаз, я с удовольствием расскажу правду. Ибо такие враги мне точно не нужны.
В этот момент воздух над площадью дрогнул.
Сначала я решил, что это формация.
Потом услышал рёв.
Глубокий, длинный, тянущийся где-то под костями. От него у нескольких учеников рядом непроизвольно дрогнули плечи. Кто-то сразу выпрямился. Кто-то, наоборот, сделал вид, что вообще не впечатлён, хотя по побледневшим губам было видно: впечатлён ещё как.
Я поднял голову.
И увидел дракона.
Нет.
Не того величественного небесного дракона из легенд, который одним взглядом заставляет моря вставать дыбом, а императоров — вспоминать, что они тоже смертны.
Но всё равно дракона.
Огромное вытянутое тело, покрытое тёмно-зелёной чешуёй. Две пары рогов. Когтистые лапы. Глаза цвета старого золота. От пасти поднимался белый пар, а вокруг тела струились полосы духовной Ци, похожие на водяные потоки.
Он плыл по небу.
И тащил за собой меч.
Вот это уже окончательно выбило из головы все лишние мысли.
Огромный меч. Широкое лезвие из тёмного металла, на котором располагались павильоны, флаги, каменные перила и целая группа людей. Он летел горизонтально, как летающая платформа, а дракон тянул его на цепях из сияющих рун.