А Мин Хао будет сидеть в пещере, культивировать и очень старательно делать вид, что внешний мир временно перестал существовать.
Я сел обратно на каменную платформу, закрыл глаза и направил Ци по новому, более глубокому кругу.
До четырнадцатого уровня оставалось далеко.
До Мира Меча — всего год.
За дверью ждали обиженные ученики секты Души Зверя.
Внутри меня, как выяснилось, теперь мог ждать ещё и какой-нибудь невидимый узел совести, который в самый неподходящий момент решит стать стеной.
Я тихо усмехнулся.
— Ну что ж, — сказал я самому себе. — Одиннадцатый есть. Осталось всего ничего.
Ши Юэ под полкой шевельнулся.
— Нет, это не повод праздновать Камнями Духа.
Слизень недовольно замер.
Я снова закрыл глаза.
И продолжил культивировать.
Потому что иногда единственный способ пережить чужую месть, собственные сомнения и дурное чувство юмора Небес — стать достаточно сильным, чтобы всё это начало бояться тебя первым.
Глава 34 * * *
За следующие несколько месяцев я почти перестал жить в обычном смысле этого слова.
Существование сузилось до каменной платформы, пилюль, дыхательных циклов, боли в меридианах, короткого сна и редких вылазок за тем, без чего нельзя было продолжать культивацию. Если раньше я хотя бы делал вид, что у меня есть несколько направлений развития, то теперь все побочные занятия пришлось отодвинуть так далеко, будто они принадлежали не моей жизни, а биографии какого-то более свободного и гораздо менее отчаявшегося человека.
Алхимия — только необходимое.
Печати — только защитный минимум.
Сад в пространстве Жемчужины — поддерживать, но не расширять.
Эксперименты — прекратить, если они не дают прямого прироста силы.
Все силы я бросил на то, чтобы культивировать.
Днём. Ночью. После еды. Вместо нормального сна. До боли в костях и странной пустоты в голове, когда уже не понимаешь, сколько часов провёл в медитации, а сколько просто сидел с закрытыми глазами, пытаясь убедить собственное тело, что оно может ещё немного.
Стены, которая месяц не давала мне прорваться на одиннадцатый уровень, больше не появлялось. В этом смысле объяснение Му Цинлань оказалось верным, как бы неприятно ни было это признавать. После истории с Чу Янем внутренний узел действительно развязался, и Ци больше не упиралась в гладкую невидимую преграду. Я мог двигаться дальше.
Просто двигался я чертовски медленно.
Одиннадцатый уровень дался мне внезапно. Двенадцатый — уже не так милосердно.
Чтобы взять его, пришлось израсходовать столько пилюль, Камней Духа и времени, что в какой-то момент я начал смотреть на свои запасы с выражением человека, наблюдающего, как крысы аккуратно выносят фундамент его дома. Я не голодал, не бедствовал и не сидел без ресурсов, но чем выше поднималась культивация, тем яснее становилось: ужасный Корень Духа никуда не делся. Он не мешал красиво и драматично, как великий небесный запрет. Он просто каждый день брал с меня плату. Больше Ци за тот же результат. Больше пилюль за тот же шаг. Больше времени за тот же уровень.