Впервые за долгое время подготовка к Миру Меча перестала казаться только попыткой отсрочить смерть.
Я посмотрел на слизь.
— В будущем, если тебе очень сильно захочется какой-нибудь артефакт, я сначала спрошу цену. Потом, если цена окажется неприличной, украду. Если украсть будет трудно, ограблю. Если ограбить будет опасно, подумаю ещё раз и, скорее всего, всё равно найду способ. Поэтому, говори, если захочешь что-то сожрать.
Ши Юэ довольно колыхнулся.
— Но Камни Духа ты всё равно не ешь.
Он сразу поник.
Очень характерно.
Я убрал остальные покупки, проверил маскировочную печать, затем надел плащ и поправил рукава. До аукциона оставалось совсем немного. После сегодняшней ночи денег стало меньше, полезных вещей больше, а проблем, как обычно, достаточно, чтобы не скучать.
— Прячься, — сказал я. — Нам пора.
Ши Юэ послушно скользнул в рукав, уже снова мягкий, тёмный и почти незаметный.
Я задержался у двери на один вдох.
Город Тысячи Лун за окном сиял серебром, шумел, торговал, врал, искушал и ждал новых глупцов, готовых платить за шанс стать сильнее.
Я улыбнулся под маской Сун Вуконга и вышел из павильона.
На этот раз — к аукциону.
* * *
Глава 37
Аукционный дом назывался Павильоном Трёх Лун. Название, конечно, было скромным, и никак не описывало это место. Ведь тут у людей за одну ночь вытаскивают из рук состояние, накопленное за полжизни.
Здание стояло на пересечении двух широких улиц и выходило фасадом к одному из каналов. Три высокие башенки над крышей держали круглые серебристые фонари, из-за которых весь павильон казался освещённым не огнём, а холодным лунным светом. У входа стояли охранники на поздних уровнях Концентрации Ци, а чуть глубже, за полупрозрачной завесой формации, чувствовалось несколько куда более тяжёлых аур.
Аукцион в секте Облачного Меча был другим.
Там царил порядок. Не доброта, не честность и уж точно не равенство, но порядок. Старейшины сидели наверху, ученики — ниже, правила были понятны, ставки принимались открыто, а любой конфликт сразу упирался в сектантскую иерархию. Здесь же порядок тоже существовал, но ощущался иначе. Он напоминал не стену, а тонкую натянутую струну: пока все соблюдают правила, музыка звучит красиво; стоит кому-то дёрнуть слишком резко — и струна может резануть по горлу. Большинство участников были в масках, под капюшонами, с приглушённой аурой или чужими голосами. Это говорило о здешней атмосфере лучше любых объявлений.
Люди, которым нечего скрывать, редко прячут лица так старательно.
Я показал на входе приглашение, купленное по дороге за совершенно неприличную цену, и прошёл внутрь. Маска Сун Вуконга закрывала лицо, балахон скрывал одежду, а «Скрытое Демоническое Дыхание» делало мою ауру чуть более размытой, чем обычно. До полного совершенства технику я ещё не довёл, но для одного вечера хватит. По крайней мере, если рядом не окажется старейшины, которому вдруг станет скучно и захочется разглядеть меня до костей.