Ну, нет!
Я завинтил флягу, встал с ржавого детища фирмы «Самсунг». И резко свернул с улицы — прямо в дворик, где над травой проскакивали подозрительные искры.
Плевать! Лучше уж сгинуть в какой-нибудьмясорубке!
Только ни фига со мной не случилось. Я прошёл метров сто и вернулся к тому самому, «заколдованному» бытовому агрегату.
Мать его так!
В сердцах врезал ногой по стиральной машине.
Но это не помогло.
Я несколько раз менял азимут своих бросков. И улучшая время, добивался одного и того же результата…
В конце концов, мне надоело. Я лёг на траву, посмотрел в низкое, свинцово-серое небо. Закрыл глаза и лежал так несколько минут…
Что толку нервничать?
Биться, как мотылёк о лампу. Дергаться, как птица в силках — ведь от этого силки затягиваются ещё туже…
Лучше отдохнуть.
Максимально расслабиться, забыв обо всём на свете…
Это ещё отец меня учил — надо представить, что целый мир проходит сквозь тебя и не задерживается — будто песок через сито… Со всеми его Зонами и упырями, с полицаями и бандитами, с неразрешимыми задачами ипространственными петлями …
Я лежал, пока этот грёбаный мир не канул в пустоту.
Открыл глаза. Встал и пошёл наугад — точнее, в том направлении, куда меня вело подсознание.
К развалившимся гаражам, обросшимпаутиной . Вдоль узенькой полосы асфальта, средичёртовой травы . Мимо ржавых качелей, которые, сами по себе, едва заметно колыхались и поскрипывали…
Я шёл, не оглядываясь по сторонам, не сбавляя шаг. И единственный раз чуть не споткнулся — когда двигался мимо скамейки у подъезда.
Там сидел высушенный труп.
Жизнь кончилась для него давным-давно, но спиной я ощутил его взгляд — так остро, что холодом обдало спину.
Мне дико захотелось обернуться, но каким-то шестым чувством я знал — этого нельзя делать.
Прошёл вдоль дома и повернул за угол…
В траве я увиделшарики затмения . Поднял их и спрятал в карман куртки.
Через пару минут вышел на улицу — с теми же однообразными панельными домами, с растрескавшимся пыльным асфальтом…
Было только два существенных отличия — в конце улицы висела в воздухемедуза, а за ней маячил выход на Пустырь!
Я ускорил шаг.
Вырвался!
И теперь знаю, где окажусь.
Та самаямедуза … Та улица, на которую я не рискнул свернуть полчаса назад!
Чуть сбавив ход и стараясь не делать резких движений, я обогнул мутный шар с тускло светящейся бахромой.
Выбрался на Пустырь и очень скоро оказался возле двухэтажного дома — именно там, меня ждала группа!
Правда я вышел к нему совсем с другой стороны — мимо разросшихся, трёхметровых кустов сирени. А потому удивился, когда разобрал голоса — в той части здания, где никого не могло быть.