Особенно, когда тебе предстоит оказаться на самой её вершине…

К чёрту!

Что-то ты совсем расклеился, Тень. Зона выходит боком или больше двух недель со «сталкеровкой» в обнимку?

В любом случае, пора уже брать себя в руки.

Я шагнул вперёд.

Стеклянные створки дверей услужливо распахнулись. Я прошёл через рамку сканнера. Мимо охранников, через залитый электрическим светом холл двинулся к лифтам. Вошёл вместе с толпой в просторную кабину и надавил верхнюю кнопку.

Кстати, народу — вообще много.

Понятное дело. Башня — ведь не только причал. Это ещё и немаленький бизнес-центр.

За прозрачными стенами лифта уплывали вниз бутики, кафе, игровые залы и офисы…

Часть людей выходила, часть — входила. В этом круговороте был неподвижен только я и группа пожилых японцев с фотоаппаратами.

«14», «15», «16»…

Остался наедине с японцами. Они оживлённо лопотали по-своему. На всякий случай, я стал к ним спиной — еще вздумают фотографировать, как одну из диковин.

«20». Мелодичная трель.

Всё. Выше не повезёт.

Двери лифта распахиваются на застеклённую площадку.

Стайка молодёжи с баночным пивом в руках любуется видом Москвы. Хотя, это еще не самый верхний этаж.

Выше их просто не пустят. Да и японцам, похоже, «Московские зори» не по карману. Выстроились вдоль прозрачных стен, нацелились фотоаппаратами — ждут прибытия.

К невзрачной двери справа от лифта я иду в гордом одиночестве.

Хм-м, а дверь-то закрыта.

Рядом есть звонок. Вдавливаю кнопку. Никакой реакции.

Спят они что ли?

— Эй! — говорю я, уставившись в зрачок видеокамеры, — А нельзя ли, поживее?

Оглядываюсь. Серебристый диск с каждой секундой вырастает на фоне безоблачного неба.

Не хватало мне ещё опоздать!

Наконец, стальная дверь приоткрывается. На пороге двухметровый угрюмый охранник:

— Чего надо? — во взгляде — откровенная неприязнь.

Угу, внешность у меня скромная — потёртые джинсы и куртка, растоптанные кроссовки. Таким нищебродам положено кутить в «Макдональдсах»! Никак не соответствую высоким критериям заведения!

Тем более что настоящие клиенты редко используют общий лифт: они предпочитают специальный, с подземного паркинга — тот идёт до самой крыши без всяких остановок.

Улыбаюсь охраннику:

— У меня заказан столик. Меня зовут Иван Абрамович.

Даже в гриме я не сильно похож на Абрамовича, но Паук сказал: «Представишься именно так».

Охранник каменеет лицом и бормочет:

— Одну минуту…

Закрывает дверь. Но распахивает почти сразу. Долю мгновенья кажется — это совсем другой человек. Открытый, улыбчивый, с бездной двухметрового обаяния:

— Здравствуйте! Прошу вас!

Воодушевленные японцы начинают сверкать фотовспышками.