— Подарок от фирмы! Тебе подойдёт!

— Спасибо за помощь.

— Не за что! — опять хихикает она. А я серьёзно добавляю:

— И лучше никому не рассказывать о нашей встрече.

— Для кого лучше? — ухмыляется паренёк.

— Для вас, — криво усмехаюсь я.

Ухожу с бульвара, отыскиваю переулок потемнее и разбиваю свежекупленный комп о стену. Достаю из расколотого корпуса модем с чипом, твердотельный накопитель и раздавливаю их подошвой.

Остатки компа выбрасываю в ближайший мусорный бак. А модем и твердотельный накопитель кидаю в урну полчаса спустя — на другом конце Москвы.

Когда говорил о чьей-то жизни — я не солгал. Только не уточнил, что, в первую очередь, имел в виду жизнь хозяев нетбука.

Если б вычислили с какого компа шли операции — фиг бы эти двое что-то доказали. Да и не факт, что Аслану вообще были бы нужны доказательства…

Опять двинулся к метро.

По дороге, глядя на отражение в витрине, изучил свой новый имидж. Ясно, почему хихикала девушка. Увидел бы меня Локки — тоже бы угорал. В приталенной курточке, в кепке со стразиками и фиолетовых очках — сильно смахиваю на педика.

Может, это и к лучшему. В вечернее время их немало тусуется в центре. И возле вокзалов — хватает.

Мне ведь надо на Курский. Риск, а что делать?

Бандиты знают меня в лицо. Поможет маскировка?

А хрен его знает… Как говорит Ракетчик, абсолютные гарантии дают только в морге.

По крайней мере, в таком прикиде меня точно не ждут.

Я спустился в метро.

Сел в вагон и закрыл глаза.

Почти час прошёл с тех пор, как я очнулся в поезде на Смоленском метромосту. А всё ещё не верится.

Спасение так похожее на чудо…

Но чудес не бывает.

Кто-то дал мне ещё один шанс — возможность всё исправить.

Бог? Он такими мелочами не занимается.

Когда погибла мама, каждую ночь я молил: Господи, сделай так, чтоб это было страшным сном. Ведь ты всемогущий — сделай, чтоб я проснулся и услышал её голос в соседней комнате!

Тогда он мне не ответил…

С какой стати ему вмешиваться сейчас?

Не заслужил я такой милости.

Нет, всё должно быть проще…

Я открыл глаза и засунул руку под куртку. Через футболку нащупал серебряную ладанку, болтавшуюся на шее. Тёплая? Или мне кажется?

Там, внутри невзрачный камешек. Отец говорил: «Береги его, как зеницу ока. И не продавай — даже за большие деньги!»

Отца и убили из-за этого чёртова камня.

«Око Дракона» — красивое название…

Жаль, кроме названия — ничего интересного.

Когда в «Московских зорях» меня обыскивали, Керим проводил над ладанкой сканером. И, разумеется, никакой аномальщины не обнаружил.

Я и сам когда-то проверял камень разными сканерами — не тянет он даже на слабенький артефакт!