Мелодия из ящика полилась и впрямь лирическая. А в руках у Робин оказался микрофон.
—Я дорогу к милой искал,
Сердце мне томила тоска,
Сердцу без любви нелегко,
Где ты? Отзовись, Сулико! — нежным голосом запела она.
Жених своей девушки принялся раскачиваться на кресле в такт.
—Увидал я розу в лесу,
Что лила, как слёзы, росу.
Ты ли так цветёшь далеко,
Милая моя Сулико? — продолжала увещевать Робин.
Глаза жениха затуманились.
— Всегда! — торжественным, на удивление трезвым голосом произнёс он. После чего попробовал подняться, но вместо этого начал валиться с кресла вперёд.
— Окей, братан, — подхватывая парня, согласился я. — Всегда — значит, всегда! Не вопрос, как скажешь, — и прислонил к спинке кресла окончательно пьяное тело.
Предложил Робин, кивнув на второе кресло:
— Присаживайтесь, Робин Генриховна. В ногах, как видите, правды нет.
Робин осторожно присела.
— Мы прямо здесь будем разговаривать?
— А чем плохое место? Приятная атмосфера, привычная для вас обстановка.
Робин опустила голову.
— Если вы думаете, что мне нравится этим заниматься…
Я пожал плечами:
— Ну, знаете. Я на месте Сеприта до потолка бы прыгал. Как по мне, так молиться надо на такую учительницу. — Невольно представил себе классную руководительницу Ольгу Юрьевну в прозрачных штанах и лифчике с блёстками и содрогнулся.
— Прекратите! — Робин вскочила с кресла, сняла маску, нервно пробежалась туда-сюда. В разрезах штанов мелькали стройные ноги, я наблюдал с интересом. — После смерти родителей я осталась совсем одна — с долгами, в которые ухитрился влезть отец, и которые посыпались на меня со всех сторон! Мне нужны были деньги, а танцевать я умела и любила. В конце концов, танцы, которые здесь мы исполняем приватно, во многих мирах доступны широкой публике! И это вовсе не считается оскорблением нравственности. Я мечтала после смерти возродиться именно в таком мире.
— Э-э-э, — удивился я. — А другого способа нету? Ну, переехать, там? Или слишком просто для творческого человека, не канает?
Робин горько засмеялась:
— Да-да, Константин Дмитриевич, продолжайте издеваться! У вас это отлично получается.
— Вообще даже не собирался, — обиделся я. — В моём мире переезд не считается издевательством. Хотя, конечно, смотря куда.
— Вашему миру исключительно повезло, — отрезала Робин. — У нас позволить себе межмировые перемещения могут только очень богатые люди, мне столько никогда не заработать.
— Может, вам в индивидуальное предпринимательство перейти? — предложил я. — Ну, чтобы с хозяином клуба заработком не делиться. Или крыша сильно дорогая?