Я выпиваю полбутылки, останавливаюсь, перевожу дыхание. Потом делаю ещё несколько глотков. Голова начинает что-то соображать.

Надо осмотреться. Надо понять, где я, есть ли отсюда выход.

Комната метров двадцать пять, наверное. Дизайнерский ремонт: светлое дерево, белые стены, панорамное окно во всю стену. Окно. Само окно — стеклопакет, створка с ручкой. Я кручу ручку — заперто. Вставляю ногти в щель, пытаюсь поддеть — бесполезно. Тут наверное, «умный дом», все заблокировано?

Стучу по стеклу — толстое, сантиметра четыре, не меньше. Даже если разбить — порежусь в хлам, пока буду вылезать. Я отворачиваюсь от окна, осматриваю комнату дальше. Дверь — массивная, деревянная. Ручка есть, но замка с моей стороны нет. Дергаю ручку — все так же заперто. Бью кулаком — даже не вздрагивает. Только глухой звук, и боль простреливает руку до локтя.

Ладно. Дальше.

Иду в ванную. Отделка мрамором, душевая кабина с тропическим душем, раковина, зеркало во всю стену, полотенца махровые, стопкой лежат. На полочке — гель для душа, шампунь, бальзам. Все люксовых брендов. Даже зубная щетка в упаковке лежит и паста.

Проверяю аптечку — стандартный набор: пластыри, бинт, обезболивающее, что-то от давления. Ничего полезного.

Возвращаюсь в комнату. Подхожу к тумбочке с пультом. Тыкаю кнопки — телевизор включается. Сто каналов, все платные. Работает. Значит, интернет есть? Проверяю. Доступа в сеть нет.

Камеры. Я поднимаю голову и нахожу их.

— Нравится? — спрашиваю я. — Хороший ракурс? Может, попозировать?

Тишина. Красный глазок моргает равнодушно.

Я обхожу комнату по периметру. Часы на стене — как и все здесь, тоже дорогие, дизайнерские. Показывают половину одиннадцатого. Шкаф. Встроенный, с раздвижными дверцами. Открываю — внутри пусто, только несколько вешалок и запасное одеяло. Пахнет чем-то сладковатым.

Подхожу к письменному столу у стены. Стеклянная столешница, стильное кресло. Выдвигаю ящики — ничего, кроме пары ручек и чистого блокнота.

Я сажусь на край кровати и чувствую, как наваливается отчаяние. Комната — идеальная, стерильная, без единой зацепки. Ни окна не открыть, ни дверь не выбить, ни с кем не связаться. Моей сумки здесь, естественно, нет. Золотая клетка. Мать его, золотая клетка с видом на залив. Я так понимаю, это все еще Финский залив? Мы же не могли далеко уехать?

Взгляд снова падает на мини-бар. Шоколад, орехи, сухофрукты. Есть хочется зверски — последний раз я ела… когда? Утром? Бой начался в восемнадцать ноль ноль. Ох, не помню…

Я беру шоколад, ломаю плитку, запихиваю в рот. Горький, с орехами. Дорогой. Жую и ненавижу себя за то, что вообще могу думать о еде. Но организм требует, плевать ему на мои страдания.