Я задумчиво киваю.
— Тебе какие мужские имена нравятся? — спрашиваю.
— Олег. Если детки будут разнополыми, то сына назовём именем, которое нравится мне, а дочь — тебе.
— Олег? — удивляюсь я. — Мне — Игорь. А из женских — Алиса.
— Ладно, — кивает Артем. — Мне, Арина, наверное.
Я думаю обо всем этом. О маме, которая умерла, спасая меня. Об отце, который врал, но любил. О Вике, которая нашла свой путь. О Кольцовых, которые ждали сына больше двадцати лет. О том, что семья — это не только кровь, но и выбор. Это любовь. Это готовность быть рядом несмотря ни на что.
— Хорошо, — шепчу я. — Пусть так.
Солнце поднимается выше. Океан искрится. Где-то за спиной просыпается остров, слышны голоса, смех. Наша семья.
— Сахарок?
— М?
— Спасибо, что согласилась.
— На что? На замужество?
— На меня.
Я поворачиваюсь к нему, касаюсь его щеки.
Мы целуемся. На рассвете, над океаном, под шум волн и крики чаек. И этот поцелуй — самый правильный. Самый настоящий. Навсегда.
* * *
Позже я достаю телефон. В мессенджере — десятки сообщений. Галя прислала видео с церемонии, Филипп — фото всех гостей, Вика — снимок, где мы с ней и Лизой стоим на фоне океана. Ольга Васильевна прислала короткое: «Спасибо, что приняли нас. Сын у нас хороший. Берегите друг друга».
Я отвечаю каждому. Коротко, тепло.
А потом открываю чат с папой. Он прислал одно сообщение: «Я так счастлив, Анюта. Мама бы гордилась».
Я смотрю на это сообщение, на кольцо на пальце, на снимок УЗИ, на Артема, который уже спит рядом, раскинув руки, словно хочет обнять весь мир.
— Мама, — шепчу я. — Я справилась. Я нашла его. Я нашла ее. Я нашла их. Хоть я и выбрала — не побег, ты можешь быть спокойна.
Океан шумит за окном. Где-то там, на небе, может быть, она слышит.
А здесь, на земле, начинается новая жизнь. Наша.
«Робуста и Ромашка. Навсегда».
Скоро мы вернемся домой. В Санкт-Петербург, где нас ждут новые заботы, новая кофейня, новые роли. И пусть, когда мы снова окажемся в Санкт-Петербурге, этот город иногда продолжит лгать: прогнозом погоды, обещаниями перезвонить и моими аплодисментами, но теперь я знаю точно: есть вещи, которые сильнее любой лжи. Есть руки, которые держат тебя, когда земля уходит из под ног. Есть сердце, которое бьется в унисон с твоим. И есть настоящая любовь, которой не требуются никакие контракты.
Я ложусь рядом с Артемом, кладу голову ему на плечо, и он во сне мгновенно притягивает меня ближе.
Глава 27 Бонус
Артем
В Санкт-Петербурге существует три вида правды: та, которую показывают в новостях, та, которая зафиксирована в контрактах, и та, которую я сейчас наблюдаю из тени двенадцатой ложи.