Третьим ко мне подвели плечистого мужчину невысокого роста с курчавыми, светло-каштановыми волосами и старым, побелевшим шрамом через лицо. Было ему лет сорок. Одет в старую рубаху и застиранные порты, превратившиеся из черных в серые. Судя по нагловатому выражению лица, бывший бригант.
— Здравствуй, шевалье! — поприветствовал он с нагловатой усмешкой, за которой прятал страх. Ему хорошо были слышны стоны двух подельников, обрабатываемых моими людьми. — Зачем я тебе понадобился?
— Хотел повесить за разбой, но, думаю, мы с тобой договоримся, — ответил я.
— О чем? — поинтересовался бывший бригант.
— Сдашь мне всех, кто участвовал в нападении, покажешь, где прячете награбленное, отпущу, — пообещал я.
— Я бы поверил тебе, да не дурак! — сплюнув, произнес он.
— Зря, — сказал я. — Ты когда-нибудь слышал, чтобы Венецианец нарушал свое слово?!
Разбойник посмотрел на меня с интересом.
— Воевал я против тебя в Руэрге, — признался он.
— Бог даст, еще раз повоюешь, — молвил я. — Так что?
— Тогда мне сюда возврата не будет, — сказал разбойник.
— А тебя здесь что-то держит?! — поинтересовался я.
Бригант — это стиль жизни, который требует постоянного перемещения в пространстве. Оседают только покалеченные и старые. Да и то обычно в монастырях. Если не накопил сам, товарищи скидываются ему на вступительный взнос.
— Да не так, чтоб очень, — ответил он.
— Покажи, кто еще из этой деревни, а когда привезут и похоронят убитых, поедем дальше, — предложил я.
— А чего, покажу! — отчаянно произнес он. — Надоели мне эти крестьяне!
На каштане, который рос на краю деревни, мы повесили четверых участников нападения, включая двоих, порядком избитых. Остальные привезли на трех арбах трупы, которые похоронили в наскоро вырытой братской могиле на склоне выше деревни. Там было небольшое кладбище. Вместо крестов в изголовье стояли камни с обтесанной передней стороной, но без имен. Наверное, на всю деревню ни одного грамотного. Пока все это делалось, мои бойцы зарезали несколько баранов, сварили и запекли мясо и отобедали на славу. Прихватили мяса и в дорогу.
Следующая деревня лежала посреди большой долины. В этой было два с половиной десятка домов. Мы оцепили ее и до темноты зачистили, повесив еще полтора десятка человек. Жители деревни отнеслись к казни с тупой покорностью и нескрываемым любопытством. У них тут жизнь скучная. Телеги с товаром так и не нашли.
— В горах они, в пещере, — объяснил разбойник. — Там основное ядро шайки. Когда собираются напасть, сзывают помощников из деревень, а, поделив добычу, расходятся по домам.