Поэтому так долго и не могут извести тюшенов. Небольшому отряду на лошадях легко уйти от погони отряда тяжеловооруженных латников или спрятаться, а временные члены шайки выдают себя за обычных крестьян.
— Утром покажешь, где они, — решил я.
— Показать-то можно, да только к ним незаметно не подойдешь, а место там такое, что маленький отряд от целой армии сможет отбиться, — хитро ухмыляясь, сказал разбойник.
Я правильно понял его ухмылку, спросил:
— Что ты предлагаешь?
— Я могу провести к ним ночью, когда будут спать, если отдадите мне часть добычи, — предложил он.
— Получишь две доли бойца, — пообещал я.
Ночь была лунная, светлая. Чтобы меньше было шума, в горы пошли всего десять человек, не считая меня и разбойника. Логово тюшенов, действительно, располагалось в труднодоступном месте. Сначала мы шли по узкой дороге по ущелью. В конце его, под навесом из веток, стояли несколько телег. Дальше шла узкая тропа, по которой нам пришлось идти цепочкой. Ни караула, ни собак тюшены не имели. Неподалеку от пещеры на небольшом плато десятка два лошадей со спутанными ногами ели сено из двух стожков. Один жеребец заржал, почуяв нас. Его хозяин не услышал предупреждение или не обратил на него внимание. Конь решил, что сделал всё, что был обязан, после чего вернулся к сену.
Вход в пещеру был завешен невыделанной, воловьей шкурой. Она плохо гнулась и сильно шумела. Внутри было темно, воняло дымом, прокисшим вином и еще чем-то неприятным. В пещеру полез один разбойник. Он ночевал здесь несколько раз, знал, кто и где спит. Работать ножом тоже умел. Вернулся минут через двадцать. Дышал тяжело, будто таскал в пещере тюки с товаром. От него сильно разило потом и кровью.
— Вроде бы всех порешил, — сообщил он, вытирая длинный нож о воловью шкуру.
Когда рассвело, мы сняли шкуру. Пещера была длинная, из двух вытянутых камер, соединенных узким проходом. В первой камере, ближе к входу, находился очаг, сложенный из камней. Дальше на пучках сена, застеленных шкурами, лежали четырнадцать разбойников с перерезанными глотками. Крови с них натекло столько, что во впадине посреди пещеры образовалась большая лужа. Вдоль стен стояло оружие: луки, арбалеты, пики, фальшионы, щиты. На колышках, вбитых в стену, висели доспехи: шесть бригантин, четыре кольчуги и полтора десятка стеганок и шлемов. Один шлем — бацинет с округлым забралом, покрытый черным лаком и украшенный золотой насечкой, висел выше остальных. Во второй камере лежала добыча — тюки и мешки с товарами, узлы окровавленной одежды и обуви. Мои бойцы выгребли все, навьючили на лошадей и спустили к телегам, на которые и перегрузили.