Габриэль смотрел лишь вперед себя, качая безвольное тело в руках, словно ребенка.

А Мия вдруг услышала медленно нарастающий гул, похожий на тот, когда Аграт стирала память Михаэлю — едва различимый, но тут же усиливающийся, бьющий по ушам.

— Ложись! — вдруг рявкнул Даня, дернул ее вниз, накрыл собой, выпустил крылья, создавая над ними что-то вроде купола.

И вовремя: окружающий миг словно содрогнулся, как будто одновременно случилось землетрясение и взрыв. Шквал ветра ударил по лесу с такой силой, что крепкие сосны, казалось, сейчас пригнутся до земли и выворотят корни. Полетели камни, песок, ветки, и Мия, кое-как сумевшая поднять голову и разглядеть пространство у домика, увидела, что вокруг Габриэля люди теперь лежали в неестественно-жутких позах с вывернутыми конечностями.

Пространство вздрогнуло еще раз, словно по воздуху прошла рябь. Габриэль молчал, продолжая осторожно покачивать в руках Анастасию. Горя в его взгляде уже не было, но появилась граничащая с помешательством отстраненность.

Мия смогла извернуться так, что видела лицо Дани: а тот и сам смотрел на Габриэля, со странной смесью сочувствия и страха, и так пристально, словно пытался проникнуть в мысли убитого горем архангела.

Тут за их спинами раздались голоса. Даня прижал палец к губам. Они обернулись на звук и увидели, что на поляне, куда Даня вызвал Габриэля, появилось еще четыре ангела: Люцифер, Рафаэль и двое, которых Мия не знала.

— Архангелы… — беззвучно проговорил Даня.

Те тут же двинулись вперед, к домику — незнакомые Мие двое впереди, Рафаэль с Люцифером сзади.

Они прошли мимо Дани с Мией, и те отчетливо услышали, как Рафаэль, потеряв привычное добродушие, нервно кинул Люциферу:

—Вот эта часть твоего плана не слишком сработала, не так ли?

Тот посмотрел на Рафаэля сверху вниз, неприязненно скривившись.

—Вот это никогда не было частью моего плана, — холодно ответил он.

Первые два архангела уже были на поляне, они занимались людьми. Те приходили в себя, и пространство вокруг домика постепенно наполнялось стонами боли и непонимания.

А Габриэль по-прежнему не видел, кажется, ничего вокруг. Глаза его дико, болезненно блестели, он смотрел вперед пустым взглядом и перебирал в руках волосы Анастасии.

— Брат Габриэль… — мягко позвал Рафаэль, но без толку.

— Габриэль! — голос Люцифера звучал жестко и строго.

Габриэль лишь опустил глаза на Анастасию в своих руках и ласково улыбнулся ей, словно она могла ответить. Мию пробрала жалость и страх.

Пострадавшие жители деревни стараниями архангелов постепенно приходили в порядок: конечности вставали на место, кости срастались, и, судя по тому, что толпа начала расходиться — им тут же стирали память.