— Да! Да-да-да!
Он всё равно меня не отпускал. Боль расходилась от моего плеча жуткими волнами, в точности как штормовой океан за бортом.
— Вот и славно, — произнес он, растягивая это слово у моего уха, словно кошачье мурлыканье.
Я принялась тяжело дышать от невыносимой боли, пытаясь сморгнуть слезы, застилавшие глаза.
— Что ты здесь творишь? Чего ты вообще хочешь?
— Мести. Ты ведь слышала поговорку «око за око»? Ну так вот, я хочу ребенка за ребенка. — Он наконец отпустил меня и с издевкой толкнул вперед, рассмеявшись.
Моя рука безжизненно повисла плетью, словно отделенная от остального тела. Чувствуя себя покалеченной, я, пошатываясь, сделала несколько шагов вперед, готовая на всё, лишь бы оказаться подальше от него.
— Где Ашер? — Я повалилась на колени и отползла в сторону, пока ему не пришло в голову ударить меня ногой.
— Ты его больше не увидишь. Я скармливаю его рыбам, по кусочку за раз. — Он холодным взглядом посмотрел на меня сверху вниз. — Мне до безумия нравится, что после всего, что ты нагляделась за последние два дня, тебя интересует только один-единственный мужчина. Можно подумать, твое медсестринское сердце должно обливаться кровью за всех остальных невинных погибших душ, а вовсе не за того монстра, в которого ты умудрилась влюбиться.
Паника мертвой хваткой перехватила мне горло.
— Что ты с ним сделал?! — взмолилась я, и мой голос прозвучал хрипло.
Я прижимала поврежденную руку к себе, тщетно пытаясь упереться спиной в стену, чтобы иметь возможность отбиваться от него ногами, если он снова пойдет на меня, найти хоть какое-то положение, в котором я могла бы защитить свой живот.
— Где он? — пронзительно выкрикнула я в ту самую секунду, когда мы услышали, как открывается входная дверь каюты.
— Если хочешь увидеть то, что еще осталось от него в живых, будешь делать то, что я скажу. Приведи себя в порядок. — Он поправил свой костюм, демонстрируя наглядный пример.
— Эди? — позвал Хорхе из дверного проема. — Ты в порядке?
— Она здесь, — отозвался Натаниэль. А когда Хорхе подошел к дверям комнаты, добавил:
— Она упала.
Хорхе увидел меня, и его глаза расширились от паники, когда он заметил, как я судорожно сжимаю свою безжизненно висящую руку.
— Ох, милая… — а затем он перевел взгляд на Натаниэля, и его кулаки сжались.
Я позволила этому ублюдку взять надо мной верх и что еще хуже, теперь мне приходилось поддерживать его ложь.
— Я упала… Я упала! — поспешно выпалила я, прежде чем Хорхе успел натворить глупостей. Я физически чувствовала, как заливаюсь краской от дикой боли и стыда. Я кое-как поднялась на ноги, двигаясь крайне неуклюже из-за того, что четверть моего тела была полностью выведена из строя. — Я иногда бываю такой неуклюжей. Я споткнулась и неудачно влетела прямо в диван. У меня такое и раньше уже бывало. — Я еще сильнее прижала руку к груди. — Пожалуйста, ты не мог бы позвать Мариуса?