— Для человека, который носит в себе знания как минимум одного дипломированного врача, ты бываешь очень, ну просто очень тугодумом.
Он нахмурился, а затем до него наконец начало медленно доходить.
— Погоди. Ты пытаешься сказать, что беременна?
— Я не знаю. А ты пытаешься это услышать? Я пропустила одну таблетку. — Я скорчила ему гримасу, а затем вздохнула: — И я еще сама не знаю наверняка. Я просто знаю, что мои месячные задерживаются.
Его хмурый взгляд стал еще глубже, и он вопросительно вскинул бровь.
— Это невозможно.
— Вау. Спасибо, — вывела я с максимальным сарказмом, на какой только была способна.
— Нет, Эди. Это буквально невозможно физически. ДНК перевертыша и человека просто не смешиваются. Поверь мне. Это одна из причин, почему перевертыши могут быть настолько неразборчивы в связях. Мы никогда не рискуем завести детей от людей. И мы к тому же не болеем.
— Ну, эти познания определенно сэкономили бы мне поход в клинику на проверку на венерические заболевания в прошлом году. Спасибо, что просветил.
Он перевел взгляд с моего живота на мои глаза.
— Ты сама-то чувствуешь себя беременной?
— Да я понятия не имею, как должна ощущаться беременность! Откуда мне знать? Всё, что я знаю — это то, что мой цикл должен был начаться, но не начался, и…
— И когда ты собиралась мне рассказать? — перебил он меня.
Я сделала беспомощный жест руками.
— После того, как смогла бы где-нибудь раздобыть тест на беременность. Я собиралась зайти к судовому врачу завтра утром. Я просто не хотела тревожить тебя раньше времени, пока сама ничего не знаю наверняка.
— Но ты думаешь…
Я оборвала его:
— Я не знаю, что думать! Мой организм не всегда работает как швейцарские часы.
Впрочем, как и я сама.
— Тебе следовало сказать мне сразу.
Я скорчила ему красноречивую мину. Учитывая то, что он сам только что выкинул наверху без всякого предупреждения…
— Чья бы корова мычала.
Он вздохнул, признавая поражение.
— Ладно, согласен. Не мне об этом говорить. — Он снова перевел взгляд с моего живота на меня. — Но тебе всё равно следовало сказать мне раньше. В ту же секунду…
— Рассказывать пока совершенно нечего, — перебила я его, принимаясь покусывать нижнюю губу. — И прости меня, но я никогда раньше через это не проходила. Я не знаю правил для таких ситуаций. Я сочиняю их прямо на ходу.
Неужели это и правда абсолютно невозможно? И как мне тогда к этому относиться? В какой-то степени мне, пожалуй, хотелось верить, что всё это по-настоящему. Хотя бы ради того, чтобы мама наконец от меня отстала — а это, как известно каждому, чертовски веская причина для того, чтобы заводить детей.