Вспомнив пса новым матом, вернулся я в машину да поехал своей дорогой.
— Сынок, ты собаку не видел? — Спросил меня на въезде, на элеватор, у ворот старый дед-охранник, — немецкая овчарка по кличке Радар. Шебутной пес, что силов нету никаких. Глаз да глаз за ним надыть. А не уследишь, так сразу даст деру до какой ни то суки. Вот, — он вздохнул, — и в этот раз дал. Паршивец шерстистый.
Когда я доехал до элеватора, дождь совсем кончился. Стояла вокруг прохладная ночная сырость.
Элеватор работал полным ходом в ночную смену. Его большие силосные башни блестели капельками дождя в свете местных ламп и фонарей. Всюду стояли последние ночные самосвалы.
Очередь, рассмотрел я нехилую: на весовую несколько машин; штук пять самосвалов на основную завальную яму, куда сгружали в предварительные хранилища ячмень; и штук двадцать машин стояло на сушилку, у которой, в дальнем конце площадки, была своя завальная яма. Видать, много сырого зерна привезли. Элеватор этот обслуживал несколько колхозов, в том числе и наш Новатор.
Старичок-охранник, похрустел бородой, почухал ее своей грубой рукою. Вопросительно, с надеждой глянул на меня снизу вверх.
— Видал, — сказал я хмуро ему с открытой кабины, — выбежал этот черт мне прямо под колеса.
— Чего⁈ — Испугался дедок, — задавил, что ли⁈
— Не, — вздохнул я, — не задавил, к счастью. Хватило у него ума не на ту сторону бегом гнать, а обратно, к обочине пойти. А так бы да, оказался бы у меня под колесами.
— Вот зараза, а не пес! — Сплюнул дед, — только одни беды мне с ним!
— Твой что ли? Или элеваторский? — Спросил я.
— Мой, — вздохнул дедок.
— А че ты его тягаешь на работу-то?
— Начальство просит, — пожал дед плечами, — а скажи, где ж он тебе под колеса кинулси?
Объяснил я дедку примерное место нашей с Радаром встречи. Дед раскланялся да убежал, не забыв пропустить меня на территорию элеватора, на весовую.
Весовая прошла быстро. Тут машины по очереди выезжали на большие весы, под навес. Весовщик записывал тоннаж и скорей-скорей гнал машины дальше, в общую очередь.
Там, перед завальной ямой, глядели ячмень. Оценивали влажность. Контролер, вооруженный влагомером — коробкой, что носил он через плечо на ремне, забирался на кузов, отбирал чуть рукою, бегло засыпал в свой прибор. Щелкал кнопками, крутил что-то, глядел важно на шкалы своего прибора. А потом решал: направить машину в общую завальную яму, или же на сушилку.
Естественно, никто в очереди шоферов на сушилку не хотел. Один только взгляд на длинную линию машин, что стояли там, у сушилки, навевал на окружающих тоскливую злобу. Понятно было: попадешь на сушилку, будешь стоять тут, на элеваторе до самого утра.