— Носом.

— Верно, — кивнул я, — носом. Потому как помню, где вы сидели. Синий забор и лавочка с навесом. Ваше добро?

— Наше, — буркнула она.

— А значит, никак вы не могли видеть, что у автолавки внутри, когда мы туда заглядывали. И про консервы, что вами упоминались, знать вы не могли, потому как милиция о том, что было украдено, нигде не распространялось.

Роза Поликарповна побледнела.

— Но саму встречу с преступниками вы не отрицаете? — Спросила судья Ирина Степановна.

— Не отрицаю, — ответил я, — вот только не знал я, что они преступники. А стал догадываться, когда заметил в кузове пирожка консервы. Сама же встреча та была чистой случайностью.

— А почему же вы не сообщили обо всем этом в милицию? — Спросила судья.

— Сообщил, — сказал я, — да только, кроме милиции, никому больше не говорил. Следствие, сами понимаете.

Судьи пошептались. В зале стояла полнейшая тишина.

— Свидетелям, сторонам, — сказала громко Ирина Степановна, — есть что добавить?

Все отрицательно покачали головами.

— Отлично. Вы свободны Роза Поликарповна. А суд, — Ирина Степановна, а за ней и остальные судьи, встали, — отправляется совещаться. Потому объявляется получасовой перерыв.

Весь зал встал, проводил судей со сцены. Народ стал болтать. Часть людей повалила на улицу, на свежий воздух.

— Ну ты даешь, Игорек, — хмыкнул отец, вставая и доставая сигарету, — лихо ты их. Лихо. И не знал я, что ты так на язык остер.

— А вдруг все равно посодют? — Запричитала мама.

— Не посодют, — улыбнулся я, — по всей видимости, — я глянул на Серого, что у выхода говорил о чем-то с бабой Розой, — хотели организовать за мной уголовное преследование.

— И зачем это надо Серому? — Нахмурился отец.

— Надо это не Серому, — ответил я, провожая Серого взглядом на улицу.

— А кому ж?

— Потом, пап, — посмотрел я на отца серьезно, — не здесь.

Судьи вернулись через полчаса, однако зал все еще не наполнился. Большинство народа ходили на улице. Кто-то курил, кто-то просто дышал свежим вечерним станичным воздухом. Сегодня в Красной было на удивление свежо.

Ирина Степановна попросила дружинника вернуть всех, кто хочет остаться в зале. Кликнула стороны, чтобы заняли свои места.

— Павле Серый где? — Закричала она.

— Поди на улицу покурить пошел, — сказал молодой парень-дружинник, со значком и повязкой на рукаве.

— Сообщите ему, что оглашаем решение, пожалуйста.

Дружинник кивнул и пошел на выход. Зал уже собрался. Почти все заняли свои места.

— Ну? Где истец-то? — Спросил судья в очках, когда вернулся весь отряд из трех дружинников.

Парни переглянулись.