— Признать обоих участников виновными в нарушении, — продолжала судья, — потому как были нами выявлены два деяния. Так, Павел Серый подговорил Сергея Бесхлебнова слить масло с машины Землицына, а тот, в свою очередь, ударил за это Серого в лицо. Потому суд постановляет вынести и Землицыну и Серому свое порицание. Рекомендуется вынести сторонам дисциплинарные взыскания в виде замечаний. Также рассмотреть вопрос о том, чтобы привлечь к замечанию и Бесхлебнова.

— Это ж и Игоря нашего и Серого, что ли, наказали? — Заволновалась мама.

— Это ничего, — обернулся я и сказал украдкой, — сейчас судья будет самое главное говорить. Возможно, поймем, для чего тут, на суде, Квадратько им нужен.

— Что касается заявления Павла Серого о возможном совершении Землицыным преступления… — продолжала Ирина Степановна.

Весь зал притих. Если кто-то в этот момент и шептался, то тут же прекратил. Все мое семейство внимательно уставилось на судью, зачитывающую постановление. Я тоже за ней наблюдал.

— То суд находит их неубедительными и не принимает доводов Павла Серого. Соглашается с доводами Землицына, — сказала судья.

Услышал я за моей спиной, как отец облегченно выдохнул.

— Это что же деется-то? — Запричитала мать, — хорошо все, али что?

— Хорошо, — довольным шепотом сказал отец, — все хорошо. Отбился наш Игорь от серовских злых нападок.

— Копии судебных постановлений будут направлены вам почтой, — сказала судья, — на этом судебное заседание объявляется закрытым!

Судьи стали собирать свои вещи со столов.

— Прощенья просим! — Крикнул низким басом Квадратько, — а где здесь у нас Павел Серый? Нужон он мне.

Судьи застыли на месте. Народ, что уже повставал со своих мест и засобирался домой, притих.

Были у меня уже подозрения на то, что это совершенно не по мою душу пришел сегодня Квадратько. Что виной всему Пашка Серый. И, кажется, Серый, как чувствовал. Уж не потому ли он бежал, что увидел милиционера? Или виной всему совокупность неудачный для него обстоятельств?

— А что такое, Иван Петрович? — Спросила громко Ирина Степановна.

— Нужон Павел, — только и ответил милиционер.

— Павла Серого нету, — сказал судья в очках, — был на судебном заседании, да куда-то девался.

Квадратько сухо плюнул и вышел из актового зала.

Я же, не дожидаясь, пока он совсем пропадет, побежал за ним.

— Ты куда, Игорь? — Спросил отец.

— Дела у меня к Ивану Петровичу! — Отозвался я, протискиваясь через людей, что пошли к входу, — идите домой без меня! Я догоню!

Когда я вышел из колхозной конторы, были уже сумерки. Были они жаркие и душные, потому как на небе клубились серые тучи. Вдали погромыхивало.