И находился в личной зависимости от компании Малвена.

Это не делало его диверсантом.

Но теперь разговор был необходим.

— Где он?

— Уехал утром в западную часть деревни, — сказала Мира.

— Когда вернется?

— Обычно к обеду.

Я посмотрела на часы.

— Не вызываем.

Тарен приподнял бровь.

— Почему?

— Хочу сначала проверить его хозяйственные записи за годы отсрочек.

— Если он что-то скрывает, может уничтожить.

— Архив здесь.

— Личные бумаги у него дома.

— Без основания я не полезу в его дом.

— Можно запросить добровольно.

— После того как поймем, что именно спрашиваем.

Он кивнул.

Ни одного возражения.

Мы начали с трехлетнего периода.

И очень быстро нашли первую несостыковку.

Орин не крал деньги.

По крайней мере, не тем способом, который легко находят в книге.

Все расходы сходились.

Древесина действительно закуплена.

Крыша административного дома действительно ремонтировалась.

Сторожу платили.

Земельный налог перечислялся.

Но даты некоторых работ не совпадали с внешними документами.

В хозяйственной книге ремонт северного склада значился в начале осени.

В счете плотника — летом.

Замена решетки у Пятой Чаши была записана на два месяца позже фактической поставки.

Проверка Первого сливного канала в книге стояла в годовом отчете весной, хотя мастер приезжал зимой.

— Это может быть небрежность, — сказала Мира.

— Может.

— Зачем менять даты, если суммы правильные?

— Хороший вопрос.

Мы нашли еще шесть таких записей.

Везде сумма совпадала.

Изменялось только время.

И почти всегда работа касалась технических помещений.

— Он скрывал не деньги, — сказал Тарен.

— Он скрывал движение людей.

Мира перестала писать.

— Зачем?

— Не знаю.

Я открыла книгу выдачи старых ключей.

Орин был одним из немногих, кто годами имел доступ почти ко всем зданиям.

После того как мы ввели новую систему, его исключили из технических ключей.

До этого он мог свободно сопровождать любых приезжих мастеров.

Если запись о визите сдвигали на месяц, потом становилось сложно сопоставить ее с другими событиями.

— Нужны журналы въезда в долину, — сказала я.

Селма, вошедшая с чаем, ответила:

— Таких нет.

— Совсем?

— Люди приезжают по дороге. Это не крепость.

— Почтовые книги?

— Есть в деревне.

— Оплата ночлега?

— Если человек ночевал здесь.

— Хорошо. Соберем хотя бы это.

Тарен взял одну из исправленных записей.

— Не говори с Орином одна.

Я посмотрела на него.

Он сразу добавил:

— Это просьба.

— Почему?

— Если он связан с теми, кто вмешивался в систему, мы не знаем, насколько далеко зашел.

— Он почти двадцать лет работает здесь.

— Это не аргумент безопасности.

— И твой титул не аргумент опасности.