Видимо, он не понял, что это была шутка.
— Простите, миледи… Я не знал…
— Вот именно, вы не знали, — отчеканила графиня. — Теперь видите, что девочке не до вас. Говорите поскорее, что хотели, и оставьте ее в покое.
— На самом деле, леди Глория, я принес хорошую весть. Надеялся, что она порадует вас…
Похоже, теперь он не предполагал за больной способности порадоваться хоть чему-то, и не знал, какой избрать тон.
— Вы, миледи, — обратился он к Сибил, — тоже останьтесь, вам стоит это услышать.
— Я и не собиралась выходить! — негодующе бросила графиня.
Мира вяло улыбнулась: Марк верен себе — все те же шпильки на грани хамства.
— Ну же, сударь, вы обещали меня порадовать. Каковы новости?
— Все кончено, миледи, — просто сказал Марк.
— Что — все?.. — не поняла графиня.
— Заговор. Он раскрыт.
Тишина. Мира ощутила, что сердце забилось быстрее.
— И преступник?..
Марк выдержал паузу.
— Какой рассказ вы хотели бы услышать, миледи — краткий или подробный?
— Говорите кратко! — выпалила графиня.
— Подробно, — сказала Мира, — прошу вас. Хочу, чтобы рассказ длился долго.
…поскольку пока вы говорите, я смогу думать о чем-то, кроме болезни! Мира не сказала этого, но Марк понял без слов. Поклонился графине:
— Ваша милость, позвольте мне выполнить просьбу вашей дочери.
— Как сговорились! — фыркнула леди Сибил. — Что ж, насладитесь.
— Благодарю вас. Итак… — Ворон Короны прочистил горло. — Я начну с той точки, в которой находился, когда в последний раз беседовал с вами.
— Беседовал с нею⁈ — тут же взвилась графиня. — Вы допрашивали дочь в мое отсутствие⁈
— Нет, миледи, — быстро вставила Мира. — Это я допрашивала Марка, а не он меня.
Ворон улыбнулся:
— Чистая правда, миледи. Так все и было.
Графиня растерялась, не зная, как реагировать на такое. Ворон Короны сел у постели Миры и повел рассказ.
— Начну с покаяния: я снова вас недооценил. В той беседе вы сообщили мне известие: у герцога Айдена Альмера имеется страшная тайна. Причем, «сообщили» — это слабое слово. Вы построили целую драматическую сцену: вовлекли в игру, разожгли любопытство всякими мелкими, хоть и занятными фактиками, а потом, в кульминационный момент, с таинственной такой улыбочкой, с придыханием… «Лабелину известна страшная тайна Дома Альмера! Аланис обречена, Валери ее уничтожит!» Отдаю должное вашему театральному таланту, леди Глория. Это было красиво. Особенно тот зазор между строк, в котором читалось, что Аланис — незаконнорожденная дочь.
— Но вы мне не поверили? — скривилась Мира.
— Не то, чтобы не поверил… Разумеется, у герцога Айдена есть тайны! У кого их нет? И Аланис, конечно, не без греха… Но видите ли, ваши слова, поверь я им, сметали с поля сразу двух претенденток в невесты: Аланис — бастард, Валери — заговорщица. Согласитесь, из уст близкой подруги Лошадницы Бекки это звучало весьма и весьма. «Милая Бекка, я приготовила тебе подарочек: убрала обеих конкуренток. Ты задолжала мне кофе с печеньем».