— Дитя мое, мы направляемся в столицу, ко двору владыки. Твоя одежда совершенно не годится, потребуется нечто более подобающее.
Следом за портнихами, в покоях Миры побывали башмачник и шляпница, и ювелир. Девушка начала тревожиться.
— Миледи, я вряд ли смогу позволить себе такие траты. Небогатой девушке приличествует выглядеть скромно — разве это правило не действует в столице?
— О, не заботься о тратах. Я возьму на свой счет все расходы.
Мира попробовала еще возражать, но графиня лишь отмахнулась. Она была щедра и упряма, и если уж собралась кого-нибудь облагодетельствовать, то противостоять ей было сложно.
Мира была погружена в себя, да и слишком мало разбиралась в моде, чтобы участвовать в заказах. Она доверилась вкусу графини. Однако день на пятый началось нечто совсем уж странное. В гостиницу явился цирюльник и разложил перед Сибил пару десятков локонов, окрашенных в разные оттенки. Графиня выбрала блекло-рыжий, похожий на волосы ее дочери, и велела цирюльнику завтра придти с краской.
— Зачем это, миледи? В столице модно перекрашивать волосы?..
— Нет, дорогая. Если поймут, что твои волосы крашены, то непременно решат, что их родной цвет — мышиный. Поэтому нужна краска наилучшего качества и самый опытный цирюльник.
— Но зачем их вообще красить?
— Как это — зачем? — удивилась графиня. — Такой цвет волос у Глории!
— У вашей дочери, миледи?.. И что же?..
— А то, что если некий человек, видевший мою дочь, захочет описать ее, он скажет: «Девушка лет шестнадцати, ростом пять футов четыре дюйма, стройная, светлокожая, с веснушками на щеках, медными волосами и зелеными глазами». Чтобы ты подходила под описание, мы перекрасим волосы, поставим хной несколько веснушек и поворожим над твоими глазами.
Мира растерялась.
— Простите, миледи, но зачем вы хотите, чтобы я походила на вашу дочь?
— Ах, дитя мое, я постоянно забываю о твоей наивности. Мне следовало бы раньше все пояснить. Мы направляемся в столицу, чтобы сообщить владыке Адриану о покушении на тебя — его пусть далекую, но все же наследницу. Однако, есть ли смысл убивать наследников престола, оставив в живых правящего императора?
— Конечно, нет.
— Стало быть, некто хочет убить самого императора, а также нескольких его наследников — с тем, чтобы Корону получил оставшийся в живых претендент.
— Вероятно, так и есть, миледи.
— И где же, по-твоему, находится этот преступник, если не в Фаунтерре, при дворе владыки Адриана? И что он предпримет, если вдруг повстречает тебя — ту самую девушку, которую он уже пытался отправить на Звезду?