Я стиснул зубы. Разум подсказывал — нужно догнать Миниха. Но сердце не позволяло бросить Елинского умирать на холодных мраморных плитах. В моем Ордене товарищей не бросают.

— Идите, — прошептал Елинский, его пальцы слабо разжались. — Вы знаете, что нужно сделать…

— Офицеры своих не бросают, — ответил я жестко.

Но я мог сделать и то, и другое. Решение пришло мгновенно.

Я прикрыл глаза, погрузившись в эфирный поток, и мысленно потянулся к Чуфте. В глубине сознания разлилось тепло, тонкая серебряная нить протянулась в пустоту. Через мгновение в голове раздался тихий голос — легкий, как взмах крыла.

«Хозяин позвал. Внимаю».

Чуфта возникла в моем разуме, ощущалась, как горячая искра света.

«Найди Миниха». — Я мысленно передал ей образ: невысокое худощавое тело, худое лицо, острый нос, седые волосы. — «Следи за ним. Не нападай. Просто сообщай мне, куда он пойдет. Преследуй и не теряй из виду».

«Преследовать. Не нападать. Сообщать». — В голосе Чуфты прозвучала деловитая уверенность. — «Выполняю».

Я почувствовал, как связь с Чуфтой растворилась в потоке эфира, и ее присутствие исчезло за гранью сознания.

Теперь можно было сосредоточиться на Елинском.

Я положил ладонь ему на грудь, коснулся потока его личного эфира. Пульс едва заметно дрожал, почти затухал. Я глубоко вдохнул и осторожно направил часть собственного эфира в его тело.

Тепло разлилось под моими пальцами, дыхание Елинского стало ровнее, губы окрасились слабым румянцем.

— Алексей… — Его голос прозвучал чуть крепче. — Иоаннович, ну зачем…

— Мне нужно вывести вас. — Я подтянул его руку себе на плечо. — Держитесь за меня.

Я подхватил его, закинул одну его руку себе на шею, и, напрягая мышцы, приподнял с пола.

— Оставьте меня… — прохрипел Елинский. — Я приказал вам…

— Я вашим приказам не подчиняюсь, ваше благородие. Офицерами не разбрасываются, — отрезал я. — Тем более верными лично государю.

Елинский попытался возразить, но я не стал его слушать. Подтянул его плотнее к себе и, напрягая ноги, потащил по коридору.

На лестнице было полно дыма, в воздухе стоял едкий запах гари и химии. Где-то наверху трещал огонь. Мы спустились на одну площадку — Елинский был тяжелым грузом, но я не собирался его бросать. Мимо нас пробегали служанки — девушки догадались приложить мокрые платки к лицу.

— Помощь нужна? — одна из них задержалась возле нас.

— Сами справимся, — вяло отмахнулся Елинский. — Бегите, барышни.

Я ступил на последнюю ступеньку и вытащил майора в широкий мраморный холл.

— Остановитесь! — крик раздался от входа.

Я поднял голову — навстречу бросились двое гвардейцев в полной экипировке. Один из них замер на месте, узнав меня.