— Спасибо, что позволяешь мне быть рядом! — Аленкин голос от волнения дрогнул. — И за колдовскую науку спасибо… Скажи, Тай, а я могла бы, ну… официально стать ученицей ведьмы?

— Это как? — рассмеялась Тайка. — Справку тебе выдать, что ли? С печатью?

Аленка, закусив губу, мотнула головой:

— Нет. Просто… чтобы ты меня не от случая к случаю учила, когда вспомнишь, а дни занятий назначила, домашку задавала. Ты — хранительница, а я хочу быть твоей заместительницей. Я уже не маленькая, в конце концов!

Вот с последним утверждением Тайка была совершенно не согласна. В свои восемь лет она, помнится, бабушке уже вовсю помогала, но о том, чтобы стать полноценной ведьмой, даже и помыслить не смела.

— Рано еще! — отрезала она.

— Ничего не рано! — крикнула Аленка так, что даже наглые воробьи разлетелись из-под ног. — Я хочу уметь колдовать сама и понимать, что я делаю, а не просто повторять за тобой. Это же не просто так, от нечего делать. Помнишь, я, когда была маленькая, в больнице лежала? Врачи думали, что я умру. Маме уже сказали. Я сама слышала. Потом она плакала, чтобы я не слышала. И я тоже плакала тихонечко. А потом мне приснился сон. Только я тебе его не расскажу, потому что слово дала молчать. Просто… скажем так… я живая осталась ради Дивнозёрья.

— А ты это сейчас не на ходу придумываешь, случайно? — Тайка поджала губы. Ну и пожалуйста, ну и не надо рассказывать ей про чудесный сон. Ей вот нисколечко не интересно.

— Ну а вдруг с тобой что-нибудь случится? — Аленка словно сама пожалела, что сболтнула, и решила сменить тактику. — Как я тогда смогу помочь?

— Ничего со мной не случится, глупая. — Тайка потрепала ее по волосам, успокаивая.

— А вдруг ты найдешь способ попасть в Дивье царство? Как мы тут без тебя? — У Аленки дрожали губы, она чуть не плакала. — Я не хочу, чтобы ты уходила.

Пришлось взять ее за плечи и встряхнуть хорошенько:

— Эй, ну чего ты⁈ Помнишь, я же рассказывала: не можем мы туда попасть. Только раз в полвека возникает дверца. В следующий раз, когда откроется ход, я уже беззубой старухой буду.

— Мне тут еще вчера приснилось, — Аленка, всхлипнув, вдруг заговорила шепотом, — будто бы ты скоро туда отправишься. В день, когда на землю ляжет снег…

— Ох уж эти твои сны. Все на свете ими объясняется. — Тайка пожала плечами, но по спине отчего-то пробежал холодок, и с губ само сорвалось: — Ладно, ладно, я обещаю подумать, чему тебя можно научить. Только не плачь, рева-корова! Хочешь, возьму тебя сегодня на тайный праздник?

Вот тут уже Аленка не удержалась: взвизгнула, запрыгала, завертелась волчком: