Насмотревшись на деда, она наконец-то вспомнила, зачем пришла, и взмолилась:
— Царь-дедушка, я тебя за Яромира просить пришла! Не гневайся на него, он ни в чем не виноват. Это Радмила обманула его и всех нас. А он служил тебе верой и правдой, и ссылать его — это нечестно. Разреши Яромиру вернуться домой, пожалуйста!
Радосвет вмиг посуровел, даже руки ее выпустил:
— Что, надоел тебе уже Яромир? Избавиться от него хочешь?
— Не в этом дело!
— Значит, вы все-таки ладите?
— Да. Но…
— Тогда разговор окончен, — отрезал царь, сдвинув брови к переносице. — Разрешу вернуться, когда срок подойдет. А пока нет на то моего соизволения…
Тайка до боли сжала кулаки и, скрипнув зубами, выпалила:
— А мне говорили, ты хороший царь! Что ж, теперь сама вижу, какой «хороший». Тиран и самодур, вот ты кто! Разбрасываешься верными людьми. Наказываешь невиновных. Можно подумать, у вас с сестрицей все было гладко? Тоже враждовали ведь!
Царь Радосвет от этих слов дернулся, как от пощечины. Ага, значит, удалось уязвить.
— Замолчи! — ахнула бабушка, но Тайку уже несло:
— Может, и тебя тогда надо было в ссылку отправить?
— Ты ничего не знаешь, девочка… — вздохнул Радосвет.
— Я много знаю. Тебе, кстати, Василиса, мать Лютогора, большой привет передавала. Говорит, должок за тобой числится. О помощи просила. Что мне ей передать, а? Чего молчишь?
Царь в сердцах стукнул кулаком по столу так, что аж кувшин подпрыгнул и несколько капель кваса пролились на салфетку-самобранку.
— Рано тебе еще в политику лезть, коза-егоза! Яромир знает, что ему должно делать. А ты лучше сиди тихо и ни во что не вмешивайся. Ради твоего же блага.
Тайка хотела возмутиться, но царь вдруг коснулся ее лба, прошептав что-то на незнакомом языке.
— Я не буду… — Слова вдруг застряли у нее в горле. Тайка сглотнула ком, моргнула и закончила фразу уже в своей спальне: — … сидеть тихо!
М-да, вот тебе и сходила в гости, познакомилась с добрым дедушкой. И за что только ба его полюбила? У-у-у, деспот!
Глава седьмая Еще немного колдовства
После такого внезапного пробуждения у Тайки сегодня все просто валилось из рук. Огонь в печи долго не разводился, дрова давали больше дыма, чем жара, и даже омлет подгорел так, что сковородку теперь только выбросить. Пришлось завтракать печеньем с молоком.
К Яромиру на занятия она тоже опоздала — и не застала дивьего воина дома. Дверь ей открыла Марьяна, окинула запыхавшуюся Тайку сочувственным взглядом и вздохнула:
— Не дождался он тебя. Плюнул и ушел куда-то. Видать, сильно разозлился.
— Вот блин! — Девушка чуть не разревелась от обиды. — Я, можно сказать, из-за него и задержалась. Ну, то есть не совсем из-за него, но…