— Она еще спрашивает! Конечно, хочу!
* * *
Солнце самым краешком коснулось кромки леса, небо уже вовсю полыхало закатным огнем. Они шли рука об руку, разбрасывая на дорогу угощение для птиц. Тайка начала тихонечко петь. Аленка сперва прислушивалась, а потом стала подтягивать. Голосок у нее был звонкий, чистый:
'Сестры-пташки, просим вас, расскажите Осени — пусть приходит с дождиком, с ласковыми ветрами осень бестревожная, добрая и светлая.
Пусть в земле спокойно спят зерна-семечки, охраняя нас в темное времечко…'
Завершив обережный круг, они с Аленкой обнялись и пожелали друг другу светлых Осенин.
Итак, самое важное было сделано — теперь же их ждало разудалое лесное веселье.
Глава четвертая Никто не идеален
Осенний праздник, на который Тайка пригласила Аленку, всегда начинался после наступления темноты. Дивнозёрская нечисть собиралась на берегу Жуть-реки. Ведьму-хранительницу тоже всегда звали, но бабушка еще лет пять назад перестала туда наведываться. Говорила, мол, года уже не те, чтобы всю ночь песни петь да танцевать, однако и Тайку одну тоже не пускала. Так что ей тоже предстояло попасть на ночные Осенины впервые (Аленке об этом было знать, конечно, не обязательно).
Они так боялись опоздать, что пришли сильно заранее. На берегу никого еще не было, и только могучий дивнозёрский леший Гриня рубил дрова для жарких праздничных костров.
— Ведьмушка! — Завидев Тайку, леший просиял и сгреб ее в объятия — такие крепкие, что аж косточки хрустнули. — А ты, смотрю, не одна, а с гостями…
Он нахмурился, и Тайка поспешила представить подругу:
— Это Аленка, моя помощница, маленькая ведьма. И Снежок — её симаргл.
— Симаргла и сам вижу, чай, не слепой, — Гриня хохотнул и поправил на вспотевшем лбу бандану с черепом. — «Маленькая ведьма», говоришь? А ты у нас, стало быть, теперь большая, что ли? Ну и ну…
Тайка сперва думала было надуться: ну к чему этот снисходительный тон? Но потом заметила Катерину, сидящую неподалеку на бревнышке с очень кислой миной, и, забыв о своей обиде, ткнула лешего кулаком в бок:
— Вы что это, опять поссорились?
— Угу. — Гриня шмыгнул носом. — И на этот раз, похоже, всерьез.
Тайка сплела руки на груди:
— Так, а ну-ка выкладывай!
Леший помялся, снял бандану, пригладил пятерней спутанные соломенные патлы и, прочистив горло, покаялся:
— Помнишь, я говорил, что Катерина моя в городе работу нашла? Там все как-то очень быстро утряслось, и ей прям завтра предлагают переезжать. А я против!
— Но почему? — Тайка в недоумении захлопала глазами. — Мне казалось, мы все обсудили в прошлый раз. Ты же все равно на зиму в спячку заляжешь до весны… а на новогодние праздники я тебя разбужу, сгоняешь в гости.