— И кто же это? — беспечно поинтересовалась Тайка, но сердце все равно пропустило удар: уж если каких гостей она и ждала, так только тех, что из Дивьего царства. Может, бабушке удалось найти способ увидеться? Вот было бы здорово!
— Сама скоро узнаешь. А мне пора за работу — осень сама не соткется. Не забудь — ночью распутай мои нитки.
— А людям от этого плохо не будет? — насторожилась Тайка.
Ведунья пожала плечами:
— Чьи-то судьбы соединяются, а чьим-то суждено разойтись. Но ты не бойся: для всякой вещи на земле есть свое время, а вслед за разлуками будут новые встречи.
Она снова хлопнула в ладоши, и Тайка, моргнув, оказалась прямо возле собственной калитки, прижимая к груди мокрые тапочки. Эх, сколько вопросов она не успела задать!
* * *
— Тая! Где тебя носило⁈ — напустился на нее взволнованный Пушок, похоже, уже давно сидевший на заборе и высматривавший хозяйку. — Я уж думал, случилось чего! Весь лес на уши поднял, лешего всполошил. А ты вона — у самого дома околачиваешься.
— А где анчутка? Не догнал?
Тайка спросила больше из вежливости, ответ она уже знала.
— Не-а, утек… — разочарованно выдохнул коловерша. — Проворный, гад, — не то что полевки.
— Это даже к лучшему. — Тайка отворила скрипучую калитку. — Ты мне вот что скажи: у нас ведь гости, да?
Пушок захлопал круглыми глазищами:
— Откуда знаешь⁈ Эх, а я-то думал, сюрприз будет. Ну во-о-от!
Но сюрприз все-таки случился. Потому что Тайка никак не ожидала, что на крыльце собственного дома ее встретит не кто-нибудь, а Яромир и две его любимые собаки: овчарка Джульетта и белоснежный симаргл по имени Вьюжка. Надо же, кто явился — не запылился! А ведь совсем недавно они чуть ли не навек попрощались. Вот и не верь после этого в судьбу!
Глава вторая Нежданная весточка
— То есть как это — царь тебя выгнал? — Тайка не верила своим ушам. — За что?
— Будто сама не знаешь. За Лютогора, конечно. — Яромир недовольно дернул плечом. — Ну, и не то чтобы совсем выгнал. Скорее, сослал. Как Мокшу. Глядишь, пройдет время, и Радосвет сменит гнев на милость. А я пока, стало быть, тут побуду. У Марьяны поживу, если разрешит.
Тайка нахмурилась. Ей показалось, что дивий воин чего-то недоговаривает. Слишком уж беспечно тот отзывался о своей ссылке — так, будто его на приятную прогулку отправили или в отпуск. Храбрится, наверное? Хочет не ударить в грязь лицом, когда самому тошно? А что, этот вполне может!
— Я поговорю с бабушкой. — Она невольно сжала кулаки. — Потому что нехорошо так поступать. Вообще я была о царе лучшего мнения, а он вон какой мстительный оказался.