На ее тихое «привет» мавка ничего не ответила, только горько всхлипнула в трубку, и Тайка насторожилась:

— Эй, с тобой все в порядке?

Она могла говорить только шепотом, чтобы мамин колдун не услышал.

— Да. То есть нет… — Голос Марфы дрожал. — Не взяли меня в группу. Сказали, недостаточно хороша.

Тайка вздохнула. Эх, правду говорят, что неприятности приходят не врозь, а сразу кучей…

— Ну, не плачь. Помнишь, что тебе говорили: одна неудача — это еще не конец. Потренируешься и снова попробуешь. Кстати, для тебя есть очень важное задание! Может быть, вопрос жизни и смерти! — Признаться, ей было неловко просить расстроенную Марфу о помощи, но других вариантов не было. — Там где-то в парке Пушок с Берендеем гуляют. Найди их и передай: пускай Пушок попробует пробраться в тридцать восьмую квартиру. Нужно там хорошенько осмотреться. Если окно будет закрыто или обереги не пропустят, пусть хоть через стекло поглядит, пока хозяина нет. Часов до девяти я колдуна задержу. Поняла?

— Уже бегу. — Голос Марфы из несчастного вдруг стал на удивление бодрым. — Не беспокойся, ведьма, все будет сделано!

Тайка, кивнув, повесила трубку. Вообще это ей стоило сейчас успокаивать мавку, а не наоборот. Но упрекать себя в душевной черствости — только делу вредить. Будет еще время поплакаться в жилетку.

— Таюша! Ты где там застряла? — раздался из комнаты голос матери. — Давайте, что ли, чайку попьем с шарлоткой? Ткни там кнопку на чайнике!

Они засиделись допоздна, Сергей ушел к себе только ближе к полуночи. Ему-то хорошо, он в отпуске, а вот маме завтра на работу рано вставать.

Тайка дождалась, пока мать заснет, и после этого собрала у себя в комнате военный совет.

А до того основательно обыскала квартиру. И ведь как в воду глядела: колдун с десятого этажа подбросил чары не только под кровать, он успел обновить оберег над дверью и еще один, поменьше, оставил за зеркалом в ванной. Текст во всех трех записках казался разным, но буквы были все такие же странные — угловатые и будто злые какие-то: пока не порвешь бумажку, пальцы так и щиплет.

Когда друзья расселись по местам, Марфа доложила, что задание выполнила, а теперь пусть все от нее отстанут. Залезла под одеяло прямо в одежде и свернулась калачиком, только нос наружу торчал. От ужина она отказалась, от пирога тоже.

— А можно тогда мне два куска⁈ — тут же оживился Пушок.

Но Тайка, погрозив ему пальцем, разделила остатки поровну между коловершей и Берендеем. Бедняга домовой так исхудал за время своего житья-бытья у мусоропровода, что теперь его надо было серьезно откармливать.