— Я видел, — подал голос Канинский. — Лет тридцать назад. Он уже и тогда был стар. Хотя жениться на молоденькой Аглае Пачихиной это ему не помешало… Жены — это вообще чуть ли не единственное, что Лешуконские берут вне своего владения. Богатая была свадьба, помнится, хотя не сказать, что особо веселая.
Ну еще бы… что веселого может быть в Лешуконской свадьбе? Я поинтересовалась:
— А правда, что это место… подледный замок… поглощает жизнь тех, кто там задерживается?
— Кто знает, — король рыбак философски пожал плечами. — Некоторые из женщин, что выходили за Лешуконских, протянули лишь несколько лет. Другие, впрочем, жили до старости, хоть мы и не знаем, насколько счастливо. Сами же владетели и их наследники, напротив, не могут надолго покидать пещеры, лед питает их силу, а сила — жизнь. В замке есть слуги, и Лешуконский заменяет их каждые полгода.
— Слуги? Но… где он их набирает? Кто по своей воле согласится работать в таком гиблом месте?
— Местные.
— Какие «местные?» В тех краях же, почитай, никто и не живет, даже оленеводы из Коми Лешуконье обходят стороной!
— Это по бумагам, — Канинский невесело усмехнулся. — В действительности туда стягиваются те, кому нигде больше не нашлось места. Беглые, отщепенцы, изгои… И это не обязательно всякая шваль, убежища среди вечной мерзлоты ищут многие… Поговаривают, в Лешуконье можно сыскать хоть мастера татау, хоть взломщика эфирных отпечатков, хоть черного нейроинженера…
— Черных нейроинженеров не бывает, — быстро сказала я.
— Темна вода во облацех. А вот что доподлинно известно, так это то, что денег у Лешуконского — хоть жопой ешь, — вступила Арина Чижгорина. — Причем он не пускает их в рост, так и чахнет над ними, что твой кощей. Хватило бы, чтоб долговые обязательства закрыть по всей губернии и ГЭС модифицировать, врот, и пару лесных училищ открыть в Архе, и… да на все хватило бы, ска!
Эх, а ведь можно было бы попросить у Лешуконского кредит на восстановление экономики губернии… если бы я не грохнула его сына. Теперь уже как-то неловко.
Я решительно прекратила беседы на отвлеченные темы:
— Так, ладно. Посплетничали — и будет. Давайте-ка за работу.
* * *
Я заглушила «Рысь» у проходной Архангельской ГЭС. За бетонным забором из квадратных секций виднелись корпуса, некогда белые, а теперь грязно-серые, в ржавых потеках. Над строениями возвышались две стройные полосатые трубы, но дым шел только из одной — и то слабый.
Варг вырулил следом на своем самодельном эндуро с наклейкой «Казнь — столица мира-ять». За ним еще двое парней. Уруки оглядели бетонные стены с плохо скрываемым разочарованием. Драться тут не с кем, взрывать тоже нечего. В будке проходной мелькнули бледные лица охранников, но, видимо, мужики благоразумно решили не приставать с вопросами к вооруженным автоматами урукам. Шлагбаум со скрипом пополз вверх.