— Чегось? — из землянки показался взъерошенный и недовольный Кузьмич.

— Можешь что-нибудь на стол сообразить? — молитвенно сложила ручки на груди лешачиха.

Домовой почесал затылок.

— Сообразить-то могу, но не думаю, что кто-то станет жёлуди жевать. У тебя тут не дом, Забавушка, а невесть что. — Через плечо он поглядел на убранство землянки и покачал головой. — Сюда не то, что гостей звать, тут самой жить нельзя. Как так вышло-то?

— А я и не знаю, — виновато улыбнулась лешачиха. — Проснулась незадолго до твоего прихода.

— Так я и прийти смог, потому как ты проснулась, — Кузьмич снова почесал голову.

— Значит, за наше чудесное спасение и тебя надо благодарить? — я посмотрел на старичка, который тут же гордо подбоченился. Впрочем, ответил он без всякого самодовольства.

— Да я ничего и не сделал толком, просто рассказал, что тебя куда-то избушка утащила и попросил Забавушку подсобить, чем может.

— А я благодаря Валдайскому лесу тебя почувствовала! — подхватила Забава.

— Стало быть, мы у вас в долгу, — я глянул на Ягишну. — Ты, может, хоть спасибо скажешь?

— Спасибо, — кисло улыбнулась колдунья. — Позвала бы вас в гости и угостила чем-то вкусным, коли моя изба была бы в целости.

— Ещё одна бездомная на нашу голову, — вздохнув, Кузьмич бросил на меня многозначительный взгляд и скрылся в землянке. — Погляжу, что тут есть…

— В каком смысле на вашу голову? — Ягишна села и уставилась на меня.

— Да, в каком? — Забава встала рядом с колдуньей.

Мысленно «поблагодарив» гостеприимного коротышку, я всё же не мог с ним не согласиться. В конце-концов, когда я только оказался в Белоярском лесу, то жил в чужом доме. Что бы со мной сталось, если бы не избушка Ягишны? Кто знает. Вздохнув, я произнёс:

— У меня дома места на всех хватит. Можете пожить, пока что-то не придумаем.

— Спасибо! — молодая лешачиха тут же повисла у меня на шее.

— Ей, значит, можно, да? — с укором спросила Ягишна, снова растягиваясь на травке.

— Что можно? — невинно захлопала глазами Забава, которая в свои действия не вкладывала того смысла и умысла, который имелся у черноволосой колдуньи.

— Не бери в голову, — посоветовал я девушке. — Просто Ягишна сегодня не в духе. Как, наверное, и всегда.

— Будешь тут в духе, когда кругом непонятно что происходит, — заворчала колдунья, ерзая на мягкой зелёной подстилке и глядя на посветлевшее после дождей небо. — Я прошлое-то вспомнить не могу, а в настоящем такое творится, что голова кругом!

— Не переживай, душенька, — Забава опустилась на колени рядом с колдуньей и погладила её по волосам. — Белояр мне помог с недугом справиться, и тебе поможет! А коли он один не сдюжит, так я подсоблю.