Фары выхватывали из темноты редкие фигуры запоздалых туристов и возвращающихся с пастбищ бауэров[36] . Где-то вдали в ожидании вечерней дойки мычали коровы. Мир вокруг казался идиллическим, но за этой показной тишиной скрывалось нечто ужасающее.

– Мне кажется, мама знала про эту твою секту, – наконец произнесла Леа. – Ну, то есть я теперь тоже думаю, что все связано. Профессор, мама… В ночь перед гибелью она послала письмо отцу. И отправила экспресс-доставкой. Будто боялась, что перехватят. Вроде обычное письмо, но отец рассказал любопытную историю. И я начала вспоминать. Райнер, в моем детстве мы были в Нойшванштайне. На мне тогда была эта брошка, и я пропала. Родители считают, что было похищение. А я только обрывки вспомнила. Мужчина показывал мне, как этой брошью, – она оттянула край кардигана и ткнула пальцем в прикрепленного к груди лебедя, – открыть тайник. Я подозреваю, что мама знала про него и могла там что-то оставить. Может, Вилли и не связан с сектой? Может, они просто ищут одно и то же?

Райнер тихо присвистнул.

– Интересная выходит история. – Оторвав руку от руля, он поправил очки. – А я-то надеялся, что мои страдания сегодня ограничатся позором в госпитале.

– Райнер, я серьезно, – недовольно пробурчала Леа, складывая руки на груди.

– Я тоже, – мягко парировал он. – Если ты права, то в этой истории куда больше тайн, чем казалось. И ночь нам предстоит не самая безопасная.

– Ты боишься? – осторожно уточнила Леа.

– И тебе следует. – Райнер бегло осмотрел девушку. Уголки его губ задрожали, изображая неуверенную улыбку. – Страх – это естественный механизм защиты. Он активизирует деятельность мозга.

Леа закатила глаза: только лекций по психологии ей сейчас не хватало. Она вздохнула и нервно прижала ладонь к груди – туда, где под кардиганом таилась брошь. Еще немного, и станет ясно: имеют ли ее догадки реальную почву или она, поддавшись влиянию местных легенд, просто подогнала случайные происшествия под общую картину. Тоже, кстати, характерная черта человеческой психики.

Тем временем машина заехала на частную парковку у замка и остановилась. На этот раз Райнер намеренно выбрал место с краю – возможно, пытался скрыться от камер наблюдения. Не успел он заглушить мотор, как в стекло постучал Тоби.

– Герр Фаст! – громким шепотом произнес охранник. – Не верю своим глазам. Вы снова здесь! Я ведь как чувствовал, что вернетесь – взял смены до конца недели. Уж больно быстро вы уехали тогда. Но я-то вас читаю, сразу смекнул: день, да еще толпа туристов эта. Преступления когда совершаются? Правильно! Ночью! И преступники, – Тоби похлопал по плечу вышедшего наружу Райнера, – обязательно на место преступления возвращаются.