Леа как раз застегнула дамский рюкзак, запихнув в него увесистый блокнот, когда из-за спины послышался знакомый, взволнованный голос:

– Леа, милая, рад тебя видеть. Стоишь одна, скучаешь… – Себастьян Хофман учтиво улыбнулся, протягивая девушке бокал.

Выглядел он безупречно: черный смокинг с атласными лацканами, безукоризненно начищенные туфли и та самая меланхоличная улыбка, что плавит сердца дам любого возраста. Леа помнила, что ему далеко за шестьдесят, но на вид Хофману нельзя было дать и сорока пяти. Она машинально приняла вино, хотя пить не планировала.

– Спасибо, но я не одна.

– О, видимо, мне показалось. Познакомишь с друзьями? Полагаю, молодые коллеги-историки?

Леа обернулась. Стаси и Райнер уже вернулись: подруга с аппетитом вгрызалась в солидный кусок яблочного пирога, игнорируя крошки на подоле, а Райнер… Райнер застыл, глядя на Себастьяна так, словно увидел выходца с того света.

– Анастасия Эдельранк и Райнер Фаст, – представила их Леа, с тревогой наблюдая за побледневшим спутником. – А это Себастьян Хофман, профессор истории из Фрайбурга. Мы пересекались по работе.

– О, тот самый писатель? – Глаза Себастьяна хищно блеснули. – Большая честь, герр Фаст. Признаться, я поклонник вашего таланта. Надеюсь, вы найдете время подписать мне пару книг?

Он широко улыбнулся, и от этой улыбки у Леа по спине пробежал холодок.

– Конечно, – с какой-то обреченностью отозвался Райнер. – С радостью.

– Вот и славно. Моя визитка. – Хофман бесцеремонно сунул карточку в нагрудный карман пиджака Райнера. – Приятного вечера, молодые люди.

Хофман удалился. Райнер долго смотрел ему вслед, а затем, не меняя застывшего выражения лица, выхватил бокал из рук Леа и вылил вино в ближайший горшок с фикусом. Искусственным.

– Ты что творишь? – удивилась Анастасия, наконец отвлекаясь от пирога.

– Держись от этого человека подальше. – Райнер повернулся к Леа. Его голос звучал непривычно жестко. – У него… аура плохая. Подозреваю, подливает всякую дрянь молоденьким аспиранткам, чтобы потом воспользоваться их беспомощностью.

– Райнер, это набросок для нового романа? – Леа попыталась улыбнуться, но в эту ерунду верилось с трудом.

Ее насторожила его внезапная резкость. Сейчас Фаст, несмотря на свой щегольской костюм, снова напоминал того напуганного мальчика из его рассказов. Леа захотелось коснуться его руки, просто чтобы успокоить, но жест показался ей преждевременным. Они не настолько близки.

– А я?.. – Стаси недоуменно открыла рот.

– А тебя после полуночи нельзя кормить и мочить, – хмыкнул Райнер, внезапно вырывая у нее остатки пирога и запихивая себе в рот.