Однако и здесь, вдали от Мюнхена, София не находила утешения, чувствуя себя бесконечно одинокой. Зимние сумерки над Штарнбергским озером казались бесконечными. Февраль словно решил взять реванш за предыдущие теплые месяцы и завалил снегом все подъезды к Поссенхофену, напрочь лишая обитателей любого общества. А Людвиг заперся в Берге, всецело поглощенный государственными заботами и уделяя нареченной прискорбно мало времени. Видит бог, София не смела его винить. Она знала, как редко ее обожаемая сестра Сиси видит своего супруга, императора Франца Иосифа. Интересы короны всегда стоят на первом месте, даже если сердце молит о ином.

Но сплетникам было плевать на тяжкую ношу монарха. Во всех салонах ядовито шептались, что невеста не так желанна, как, возможно, личный камердинер. Мерзавцы! Единственное, что она могла предпринять – уехать подальше и ждать вестей.

Теперь их разделяло только озеро. Замок Берг стоял ровно на противоположном берегу, и при должной фантазии в подзорную трубу можно было разглядеть свет в окнах кабинета Людвига.

– Ваше высочество, вы совсем себя измучили. – Тони мягко коснулась ее плеча, протягивая чашку из тонкого фарфора. – Вот, я приготовила особый сбор своей матушки. Немного мяты, мелиссы и тимьяна, чтобы унять дурные мысли. Выпейте, вам необходимо успокоиться.

София послушно сделала несколько глотков. Вкус был странным – горьковатым, с металлическим оттенком. Почти сразу она почувствовала дурноту. Стены спальни поплыли, тяжелые бархатные шторы превратились в размытые тени, а тревогу сменило вязкое равнодушие. Тело стало чужим, непослушным, словно у ватной куклы.

Чувство времени притупилось. Оно то тянулось, как лакричная конфета, то сжималось, укладывая в секунду целое столетие. Как сумерки превратились в ночь, девушка не помнила. Сознание вспышками выхватывало образы и звуки: скрип двери, прерывистый шепот, приглашающий в покои незнакомца, шелест поспешно скинутых одежд и тревожный скрип половиц.

Полусон держал крепко, когда Софи с трудом осознала, что лежит в постели, а над ней нависает полураздетый мужчина. Эдгар.

– Вы звали меня в своих снах, принцесса, – вкрадчиво прошептал он, дыхнув в лицо Софии парами вина. – Я пришел осуществить наше желание отдаться страсти.

Его руки нетерпеливо шарили по сорочке в поисках завязок. Эдгар навалился, вдавливая Софи в постель и не давая сделать ни вдоха. Ужас прояснил туман, сковавший разум. София попыталась оттолкнуть Эдгара, но руки лишь бессильно скользнули по его торсу.

– Нет, – всхлипнула девушка, не чувствуя сил к сопротивлению. – Папа, Тони… Оставьте, слышите! Оставьте!