Артанна подъехала к повозке Десари и с облегчением вздохнула: девочка наконец-то смогла заснуть. После пробуждения она боялась спать, ожидая, что вновь не сможет проснуться без помощи фхетуша. И всё же усталость давала о себе знать. Десари почти не рассказывала о видениях, которые держали её в плену долгого сна, но по обрывкам разговоров Артанна поняла, что кошмары были жуткими. Оставалось лишь надеяться, что сейчас сон девочки был спокоен.
Когда тракт превратился в прямую, словно полёт стрелы, дорогу прямо до ворот Никсара, Симуз предложил разделиться.
— Вон там, на востоке, видишь деревья? — указал он вагранийке на темнеющие силуэты построек.
— Ага.
— Это и есть Хайфуна. Вам туда. Постарайтесь не заходить в саму деревню и выберите подходящее место для отдыха на отшибе.
Артанна переглянулась с солдатом, правившим провозкой, и указала направление. Тот кивнул и на развилке пустил лошадей на восток.
— Я приду к закату, — пообещал Эмиссар. — А вы найдите воду. Севернее деревни река делает крутой поворот, на высоком берегу стоит старое сухое дерево с обугленным стволом. Ждите меня там.
Артанна кивнула.
— Какие деньги здесь в ходу? — спросила она.
— Любые. Это торговый путь. Менял здесь больше, чем песка.
Сотница усмехнулась. Они быстро попрощались. Симуз и Хейзе продолжили путь в город, а вагранийка, потуже замотав разболтавшийся платок, последовала за повозкой. Следом за ней увязался третий солдат. Самый молодой, почти мальчишка, с чёрными раскосыми глазами и резкими чертами лица. Его звали Муалем, и этот за всю дорогу проронил едва ли с десяток слов.
— Был здесь? — спросила его Артанна.
Муаль отрицательно качнул головой.
— По-рикеннаарски говоришь?
— Нет.
— Жаль. Я тоже. Кажется, из нас никто не говорит на этом наречии.
— Здесь понимают имперский, — отозвался правивший повозкой Аргуль. Сидевший на козлах солдат взмахнул покрытой уродливыми шрамами рукой в сторону деревни. — И эннийский. Два главных языка.
— Уже что-то.
Полдня прошли в мучительных страданиях от жажды и жары. Пот мерзко стекал по спине Артанны, прочерчивая липкую дорожку от загривка до задницы. Сам зад промок в седле, отчего оно стало натирать ещё мучительнее. Есть не хотелось совершенно, зато Сотница осознала, что решилась бы на убийство ради бадьи с чистой водой и бруска мыла. Но баня светила очень нескоро. Десари мирно спала — Артанна то и дело проверяла её и каждый раз отходила с облегчением. Что бы за кошмары ни преследовали девочку раньше, теперь они ушли. Солдаты молчали, экономя силы, и Артанна последовала их примеру.