— Что это, мать твою? — выругался он, перекрикивая шум.
— Не знаю!
Артанна испуганно озиралась по сторонам — стены старого собора застонали, заворочались камни, заскрипели перекрытия и балки. Подземные толчки все усиливались
— Нужно убираться отсюда, быстро!
Она почти взвалила Медяка на себя и ринулась к закрытой двери. Створки скособочило, и одна из них криво вонзилась в землю. Сзади них что-то упало. Артанна оглянулась — это была одна из башенок.
— Если не выберемся, нам конец.
Артанна развернулась и потянула Симуза за собой.
— К алтарю! Там должен быть ещё один выход. Давай, дорогой, шевелись.
Они бежали по дорожке меж бесконечными рядами скамеек. По бокам и позади всё гремело, трескалось, скрипело. Наконец Артанна дотащила Симуза до алтарной части — и в этот момент на место, где они остановились всего пару мгновений назад, рухнула статуя Гилленая.
Симуз непереводимо выругался по-эннийски.
— Именно, — кивнула Артанна и сломала замок. — Боженька простит.
Они юркнули в приоткрывшиеся створки и выбежали к выходу вместе с зазевавшимися служками. Артанна оглянулась за ойкнувшего Медяка.
— Ты как?
— В порядке. Просто нога болит.
Сотница оттащила его подальше и усадила на голую землю — толчки сотрясали весь город.
— Жив?
— Даже почти здоров, — ответил Медяк. — Но бегун из меня скверный.
— Это я поняла. — Артанна оглянулась по сторонам. Толчки начали затухать, ущерба было много. — Теперь понять бы, отчего земля трясётся. Здесь со времён Руфала не было землетрясений...
Они молча переглянулись.
— О чёрт! — осознала Артанна.
— Дверь? — предположил эмиссар.— Дверь, — согласилась Сотница.
6.5 Миссолен
Ихраз нашёл Демоса в кабинете, где тот всегда проводил послеобеденное время. Уйдя с головой в изучение документов, канцлер вновь позабыл о еде, лишь изредка притрагиваясь к остывшему травяному отвару, который ежедневно готовила для него леди Виттория. Заметив вошедшего эннийца, Демос поднял голову и жестом пригласил того сесть.
— Есть новости? — спросил Деватон.
Телохранитель опустился в кресло и размотал скрывавший лицо цветастый шарф.
— Ничего выдающегося, — ответил он. — Но двор заподозрил неладное. Императрица который день не выходит из покоев. Фрейлинам и сенешалю приходится придумывать самые разнообразные отговорки, отменяя аудиенции. Но вскоре их фантазия иссякнет. Нужно что-то делать.
Демос кивнул.
— Мне потребуется ещё немного времени, чтобы разобраться кашей, которую заварили Изара, Лисетта и Ладарий.
— Что вы решили насчёт младенца?
Канцлер тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла, потирая обожжённый висок.