— Ты сбежала от мужа сюда? — спросила Сотница.
— На какое-то время. Верш знает, где я, но он и сам был бы рад видеть меня как можно реже. Дома Некшор в том виде, каким его знали, давно нет, я осталась единственной прямой наследницей, и мою кровь смешали с представителем Младшего Дома. Я родила Вершу двоих сыновей, но... Они не Некшор. Они Ройтш. У нас похожие судьбы, Шано Толл. Скажи, Артанна, ты ведь понимаешь меня? Ты же знаешь, каково жить с осознанием, что ты последняя в своём Доме? Что после тебя вряд ли что-то будет. Что на тебе всё закончится...
— Хреново, — ответила Артанна. — Но ты, в отличие от меня, ещё сможешь убить мужа и выйти за кого-нибудь из Старших Домов и родить чистокровных будущих Шано. Я — нет.
Айша осеклась.
— О...
— Нормально, — отмахнулась Сотница. — Я давно с этим живу. Историю моего Дома ты знаешь. Все знают. Что случилось с твоим?
Хозяйка поднялась и принялась ходить взад-вперёд, то и дело поглядывая в окно — ждала охрану.
— Дом Некшор старался не влезать в столичные интриги. Наш дар направлен на созидание. Мы всегда выбирали спокойствие и мир и предпочитали науки войне. Когда казнили твою семью, Шано Оддэ словно сошёл с ума. Все подозревали друг друга, опасались, что ближний воткнёт нож в спину. Никому нельзя было доверять. Начался передел власти. Мы отказались поддерживать кого бы то ни было. — Айша отошла к окну, чтобы Артанна не видела её лица. — И мой отец за это поплатился.
— Как?
— Решения в совете тогда ещё принимались большинством голосов, и голоса эти действительно могли на что-то влиять. Шано, которым нужна была поддержка нашего Дома по ряду вопросов, нашли более сговорчивого представителя Некшор. Моего дядю. Гибель отца подстроили, дядю сделали Шано. А меня через какое-то время выдали за Ройтша — его как раз приблизили к высшему совету, и женитьба на мне укрепляла его статус в глазах других Старших домов.
— В который раз убеждаюсь, что не зря не скучала по родине, — сказала Артанна.
Айша повернулась к ней и уставилась на Сотницу тяжёлым взглядом темно-серых глаз в обрамлении седых ресниц.
— Значит, слухи — совсем не вымысел...Толлы живы, — задумчиво проговорила она. — И среди Толлов есть настоящий Шано.
Артанна кивнула:
— Отец передал мне право перед тем, как выслать в Хайлигланд.
— То и дело судачили, что наследница Толлов жива и что она — единственная, кого боится Данш, но мы считали это вымыслом.
— Я сама считала вымыслом очень многое ещё пару лет назад, — хрипло отозвалась Артанна. — Моя клятва в силе. Я лишь прошу помочь человеку, которого принесла сюда. Вон его несут, кстати.