– Чтобы каждого, кто к тебе приблизится, сравнивала со мной не в его пользу...
– Ты очень жесток.
– Пусть. Ты же любишь меня, Кира. И на то, чтобы разлюбить, уйдут годы...
– Ты слишком высокого мнения о моем постоянстве.
– Любишь... – просовывает руку между мной и матрасом, поднимает таз и расталкивает ноги коленом.
Наша перепалка перестает быть безобидной и превращается в дуэль. Я первая спустила курок и выстрелила в него боевым, но и Данилов не остался в долгу. Метнул острым клинком и попал в самое сердце.
– Давай, маленькая... признайся...
– Ты улетаешь завтра, – хриплю, прижатая к постели, – Хочешь увести это признание с собой в качестве трофея?... Не дождешься.
– Но ты же чувствуешь?.... М?...
Чувствую, ещё как чувствую, как трогают меня сзади его настырные, не знающие стыда пальцы. Прокатываются по все длине, раскрывают и принимаются наглаживать.
– Ч–черт!... – сглатываю наполнившую рот слюну, – Ты что вытворяешь?
– Пытаю... Я могу быть беспощадным, Кира...
– Но ты не имеешь права... Я тебе не обещала никакой любви.
– Не обещала, но она есть.
Пальцы толкаются внутрь на всю длину. Давят там, ударяют и растягивают.
Оставаться безучастной, делать вид, что мне не нравится, становится невозможным. Я прогибаюсь в пояснице для ещё более глубокого проникновения. Сопротивляться себе дороже.
– Кира...
– Что?...
– Скажи мне.
– Не проси, Денис... – цежу еле слышно, – Пожалей меня.
Он выругивается – зло и несдержанно. Разводит бедра ещё шире и вгоняет член до упора. Меня подкидывает на месте. Упираясь руками в изголовье и тихо глотая слезы, я переживаю самую мощную его атаку. Он берет меня так впервые – пригвоздив к кровати, жестко вколачивается сзади и дарит остро – болезненный оргазм.
Глава 50
Кира
Утро наступает слишком быстро, но я чувствую себя вымотанной и невыспавшейся, потому что так и не смогла сомкнуть глаз всю ночь. Денис собирается, курсируя по квартире, и с кем–то негромко говорит по телефону в такую рань. Я слышу обрывки фраз и отдельные слова, по которым понимаю, что он обсуждает рабочие моменты с отцом.
Потом наступает тишина, разбавляемая только его тихими шагами за спиной.
– Ты любишь блины со сливочным маслом или со сметаной? – спрашиваю, чувствуя, как он подкрадывается.
– Со сгущенкой, – отвечает Дэн, обнимая меня сзади.
– Сгущенки нет. Выбирай, масло или сметана.
– Сметана, – говорит в ухо, – Кир?...
– М?...
– Я улетаю сегодня.
– Правда? – пытаюсь говорить шутливым тоном, но от улыбки, что я нацепила на лицо, едва мы встали, уже болят щеки, – Куда?
– Я уезжаю, Кира. На год.